Автор
Раньше я ненавидела утро — эти холодные рассветные часы, когда сознание медленно приходит в норму после ночного кошмара. Под утро мои мечты полыхали яркими калейдоскопами: джунгли со скрытой жизнью, далекие океаны и удивительные стены замка Риверстейн. В этой книге вы найдете нечто новое под сознанием каждому утра — атмосферу мистики и чудес, заставляющую вас смотреть на жизнь с совершенно новой стороны....
– Ветряна… Ты можешь мне рассказать?
Я помотала головой, не поднимая глаз.
– Я не помню, Ксеня. Не помню, что снилось. Прости.
Подружка не поверила и вздохнула.
– Захочешь – расскажешь. Просто я беспокоюсь за тебя, – снова вздох. – Ты стала странная…
Я усмехнулась.
– Стала? Вот не припомню, когда это я не была странной!
– Ну, это да… – Ксеня криво улыбнулась и сказала еще тише: – Но сейчас особенно, Ветряна. Ты не спишь по ночам, я несколько раз видела, как ты стоишь у окна, смотришь. И мне страшно делается.
Я молчала. Ксенька склонила голову к самому моему уху.
– Это… то самое? – выдохнула она почти неслышно. – Ветряна, это… Зов?
Я судорожно задышала в подушку, пахнувшую плесенью и сыростью.
– Нет! – получилось резче, чем хотелось, громче, чем надо, и я испугалась. Девочки подняли головы, удивлено на нас посмотрели. Я выдавила улыбку и уставилась подруге в глаза.
Ксеня медленно кивнула. Да, день. Все знают, что Зов слышен только по ночам.
Я снова улыбнулась, скосила глаза, как в детстве. Ксенька всегда от этого смеялась словно сумасшедшая. И сейчас улыбнулась. Неуверенно, криво, но все же.
– Ксень, это просто кошмары, – уже серьезно сказала я. – Побегай от хлыста Гарпии – и не такое приснится!
– Да уж, досталось тебе сегодня, – подруга сочувственно заохала.
– Еще и носом ударилась, больно, между прочим!
Подружка у меня жалостливая, сразу начала охать и советы давать, как нос разбитый лечить. Ей, драчунье, виднее – не раз прилетало. И забыла про опасную тему. Ну, или сделала вид. Я старательно кивала, слушая ее наставления и стараясь не разреветься. Но в глазах щипало, перехватывало дыхание, и я, испугавшись, что не сдержусь, бодро спрыгнула с кровати. И охнула: так больно разбитым ногам стало.
Слезы тут же хлынули из глаз. Ксеня подхватила меня под локоть, придержала и бесцеремонно задрала мою юбку.
– Ох, ты ж жопа дохлого мерина! – выругалась благочестивая послушница. И откуда она это берет? Рогнеда посмотрела осуждающе, остальные захихикали.
– Пойду к Данине, – шмыгнула я носом, – мазь попрошу.
И поковыляла в коридор, поскорее, чтобы Ксенька со мной не увязалась. Сейчас мне было просто жизненно необходимо побыть одной.
