Начавшийся день в Аугсбурге казался обычным — жители шли по улицам, дети радовались праздникам. Но внезапно пошел снег, и мир вокруг стал мечтой о зиме: белые скатерти дорог превратились в сказочное покрывало. Андреас Майер, позаботившись о дочери Габриэль, готовил праздничный обед — и вот в этот момент его жизнь меняется навсегда....
На что оратор, заливаясь краской, ответил:
– Рано, – и продолжил: – Так вот, друзья, мы теперь знаем, как он появился здесь и для чего, но не знаем, кто убил его. Для этого я сначала расскажу мотив каждого, начнем с вас, Людмила Владимировна.
– Я? – изумилась учительница, все это время сидевшая, поджав губы и внимательно слушая других.
– Да, вы, – подтвердил Фома, – вы ненавидели этого человека. Семь лет назад, когда вашей Вареньке было восемнадцать, она связалась с этим проходимцем, которому к тому времени было на десять лет больше, вы не одобряли это, но и не лезли.
– Это вы о чем? – непонимающе спросила Людмила Владимировна.
– Да у них роман, – вставил Фома, потому как оторопевшие Варя и Михаил сидели как в рот воды набрали, – и уже три года.
Удивлены были абсолютно все, но в настоящем шоке была, естественно, обманутая мама. Открыв рот, она сидела и вглядывалась в лицо Варвары, когда же дочь испуганно кивнула, подтверждая слова Фомы, Людмила Владимировна от таких новостей даже закричала, чего раньше за ней не наблюдалось.
– Счастье-то какое, но почему ты не сказала мне, почему скрывала такую радость? – Людмила Владимировна чуть не плакала.
– Боялась, – тихо сказала Варя. – Я очень сильно тебя люблю, а у тебя уже был один инфаркт, – оправдывалась Варвара, не понимая реакцию матери, та не просто радовалась, а была в полном восторге.
– Я хочу попросить руки вашей дочери, – решил взять сразу быка за рога Михаил и, встав напротив Людмилы Владимировны на одно колено, протянул почему-то пустую руку.
– Столько счастья в один день, – растерянно начала будущая теща, внимательно вглядываясь в пустую ладонь почти зятя. – Дорогие мои, я очень польщена, что вы переживали за меня, но это лишнее, – и, решив сгладить неловкий момент с протянутой пустой ладошкой, пожала Михаилу руку. – Я буду только счастливее, если вы будете вместе.
