Начавшийся день в Аугсбурге казался обычным — жители шли по улицам, дети радовались праздникам. Но внезапно пошел снег, и мир вокруг стал мечтой о зиме: белые скатерти дорог превратились в сказочное покрывало. Андреас Майер, позаботившись о дочери Габриэль, готовил праздничный обед — и вот в этот момент его жизнь меняется навсегда....
Идете, берете камеры, где у вас там не проблема, ружье или пистолет, у вас есть пистолет?
– У меня есть ружье, – словно под гипнозом сказал Фома.
– Прекрасно, возьмете ружье, инструмент установить камеры – и сюда, только побыстрее, пока в доме никто не уснул, пока никто не спит, убийца не решиться.
– Как я сюда попаду?
– Прошу вас, не разочаровывайте меня, как-как, в окно, как настоящий мужик. Во дворе стоит лестница, приставите ее и залезете. Только даже Мане говорить ничего не стоит.
– Вы и ее подозреваете? – изумленно сказал Фома.
– А вы сколько ее знаете? – вместо ответа спросила Марго.
– Семь дней.
Марго усмехнулась, хотела сказать гадость, но передумала."
"– Она может повести себя неадекватно, и убийца поймет, – смягчила свой ответ Марго.
«Но Мане лучше все же сказать», – подумал Фома и, как всегда, оказался прав.
Когда Фома спустился вниз, все племянники сидели в гостиной, никто не ушел.
– Друзья я должен с вами проститься, я вспомнил, что не выключил утюг, да и поздно уже, да еще и дочь ко мне должна приехать, – Фома был настолько взволнован, что соврал сразу все, что в голову пришло.
– У вас есть дочь? – поразилась Мальвина.
– Повезло тебе, Маня, прям бинго – и вот такого мужика нашла, да еще и ребенок к нему прилагается, даже рожать не придётся, – хохотала уже поддатая Марика.
– Боюсь, моя дочь уже не приложится, ей двадцать два, скорее всего, она будет против, – отвечал на ходу Фома, одеваясь и проходя к двери.
Маня накинула дубленку и выскочила за ним на улицу.
– Ты такой красивый без бороды, – смущаясь, сказала Маня, проведя рукой по его гладкому подбородку, – я не ожидала.
– Я вообще полон сюрпризов, то ли еще будет, – отшутился он.
– Фома, все в порядке?
– Мань, я не хочу тебе врать с первых дней знакомства, поэтому очень прошу: не спрашивай ничего, – Фома говорил это почти моляще, это было так непохоже на его обычный разговор, поэтому Маня оторопела и просто ответила:
– Хорошо.
Подходя уже к калитке, Фома обернулся и спросил:
– Если отвечать быстро, какая новость больше всего тебя удивила сегодня за ужином, естественно, кроме свалившегося наследства?
– Марика сказала, что Лёльку уволили из МИДа, а она это скрывает.
– А что в этом удивительного, сейчас сокращение, со всяким может случиться, и, наверное, этим не хвастаются?
– Марика-то откуда знает? – непонимающе сказала Маня.
Фома вернулся, поцеловал растерянную Маню и убежал.
