Марияна стойко держит свой живот в офисе, где она не просто беременная, но и вынуждена скрывать это. Владелец компании напротив, красивый и богатый мужчина, интересуется ее планами — не исключительно финансовым потенциалом. А она остается непреклонной в своем решении родить для его сына. Умная атмосфера игры слов и противостояния нарастает....
Запускаю пальцы в волосы мужчины, глажу его затылок. Горский прикусывает кожу на моей ключице до боли, делает движение и опрокидывает меня на кровать. Мужчина на грани, да и мне не терпится почувствовать его в себе.
Но пока Горский просто лежит сверху. Опирается на локоть, другой рукой гладит меня по щеке. Хочу ему улыбнуться, но меня еще сильнее охватывает волнительное предвкушение. Поэтому всего лишь смотрю широко распахнутыми глазами. Саша снова накрывает мои губы своими, но не углубляет поцелуй, а легонько ласкает языком.
Зверь просыпается в Саше, когда мужчина начинает раздевать меня дальше. С длинной рубашкой я надела серые хлопковые леггинсы, очень удобно. Но вот снимать их не совсем сподручно. Большая мужская ладонь проникает под резинку, но вещь плотно сидит на бедрах. Горский издает стон разочарования, похожий на рык. Я прикусываю губу.
Саша поднимается надо мной на кровати, садится у моих бедер. Снова запускает пальцы под плотную ткань и медленно тянет штанишки вниз.
"Поскуливаю от нетерпения, пока Саша доходит до щиколоток. Скользит ниже, сгребает мои босые пальчики в ладони. Разводит мои ноги. От мужчины сквозит напряжение, но он все равно действует трепетно. Это именно то, что нужно для меня в такой своеобразный «первый раз».
Его темный взгляд скользит от моего живота ниже. Я ощущаю холодок меж бедер и понимаю, ткань трусиков совсем мокрая. Не смущаясь, смотрю на Сашу. Сейчас я перед ним максимально откровенна и даже беззащитна. Но меня это не напрягает. Наверное, интим – еще один из пунктов, по которому я хочу доверять этому мужчине.
Горскому, как и мне, хочется большего. Он подтягивает меня к себе за бедра, ныряет пальцами под трусики.
- Может, ты тоже разденешься? – намекаю, что на бедрах Саши до сих пор полотенце.
