– Что? Молчишь? Господи, какой же ты… жалкий. Жалкий, убогий и мерзкий. Ты ведь не мужчина, а так… существо. Видеть тебя не могу! И почему ты только не сдох?! Чтобы не было вот этого вот… Было бы намного проще… ***Моя жена считала, что с потерей речи я потерял слух и память....
Точнее ты сама пришла… – Его признание совсем сбивает с толку. – Как там Лёша?
– Не слушается, – выпаливаю, не подумав. И снова слышу смех.
– Надя, ты не обижайся на него. Лёшка хороший. Просто ему сейчас нелегко.
Нелегко – это очень мягко сказано.
– Так ты останешься? – спрашивает Владимир с надеждой.
– Я бы и так не ушла… – начинаю я, но меня перебивают.
– Надя, нам очень важно, чтобы Лёша был в хороших руках, – говорит он совершенно серьёзно. – А ты даже собаку его не бросила…
– Ладно, – сдаюсь я.
– Спасибо тебе, Надя!
– Пока не за что. Извини… те, мне нужно идти. Алексей там один, а я Вальтера вывела.
– Я завтра заеду после работы, – обещает Владимир. – Ты напиши мне список, что будет нужно купить, и скинь смской.
Вот бывают же совпадения! Пока я решаю, стоит ли заходить домой, чтобы снять верхнюю одежду, на телефон приходит сообщение. Открываю и тупо перечитываю текст несколько раз. Здесь явно какая-то ошибка! Но почти сразу приходит ещё одно сообщение: «Деньги перевёл.
На автомате пишу «Спасибо» и еду до нужного этажа. Наверное, здесь и на продукты для Лёши.
– Мы дома! – говорю громко, чтобы меня услышали.
Мою Вальтеру лапы и отпускаю к хозяину, чтобы тот не нервничал. Вешаю свою куртку и захожу в комнату. Алексей гладит здоровой рукой своего любимца. Думаю, что собакотерапия пойдёт ему только на пользу. Только надо как-то задействовать и вторую руку.
– Звонил Владимир. Он сказал, что завтра заедет, – говорю Алексею.
Он поворачивается ко мне и смотрит в лицо. Немного зависаю на его красивых глазах. Взгляд глубокий. Никогда не думала, что по глазам можно читать слова. Но мне кажется, что Алексей «спрашивает»: зачем?
– Он сказал, что сходит в магазин. Поэтому нам надо придумать, что нужно. Главное – купить Вальтеру курицу. Я ему обещала, – зачем-то объясняю.
Общение – вот главная сложность. Если бы Лёша мог сказать, что хочет, или чем ему помочь, было бы намного легче.
– Алексей, а ты можешь писать? – спрашиваю его. В ответ лёгкий наклон головы. Непонятно, это «да, или же всё-таки «нет»? – Ты пробовал?
Лёша отрицательно качает головой.
Странно. Должны же были у него проверить мелкую моторику. Хотя. Это при частном лечении будут заниматься мелочами, а в общем отделении – угрозу жизни сняли, и до свидания.
Достаю телефон и кладу перед Алексеем.
– Буквы помнишь?
Утвердительный кивок.
