И лишь миг назад ты исчезаешь из поля зрения окружающих, словно вымерший вид – и вот тебе жизнь вновь, но какая-то невообразимая сила заставляет тебя воскреснуть. Новыми ощущениями и мыслями, несмотря на потерю многих способностей.
– Я сейчас вернусь… Нет?
Нет. Мотаю головой. Не хочу, чтобы она уходила.
– Тебе плохо? Покажи где? – спрашивает обеспокоенно.
Я и сам не могу понять, что со мной. Надя вглядывается в моё лицо, ища ответы.
– Что? Кружится голова? Тошнит? Что?
Хочу пожать плечами, но получается только одним.
– Болит?
Нет.
– Голова кружится?
Нет.
Надя берёт меня за запястье.
– Пульс немного учащён, но это нормально после ванны, – произносит она вслух. – Лёша, мне нужно десять минут, чтобы переодеться. Даже пять. И я вернусь.
Да.
– Может тебе лучше лечь?
Нет.
Она мечется, не зная, что делать. И я нехотя киваю, отпуская её.
– Я быстро! Сахар я положила. Чай горячий, не обожгись, пожалуйста, – просит Надя и, дождавшись кивка, что я её услышал, уходит.
В квартиру сразу закрадывается мёртвая тишина. Словно со щелчком замка из неё вышла жизнь. С силой сжимаю переносицу и делаю зарядку левой рукой. Почувствовав, что рука не дрожит, обхватываю горячий стакан, ощущаю боль, но отпускаю не сразу.
Резкий звонок в дверь разрывает полное безмолвие. Вальтер приподнимает голову и недовольно рычит, но не бежит в коридор. Спустя недолгое время звонок повторяется, заставляя мою собаку нервничать.
Глава 10
Надя
Выскакиваю из квартиры Алексея и выдыхаю. Щёки горят, и я не знаю, куда деть взгляд. Мне кажется, у меня на лице всё написано! Боже! Я готова сквозь землю провалиться, потому что мне невероятно стыдно за свои мысли! Я не имею права так смотреть и так думать.
Никакие внутренние уговоры и убеждения, словесные формулы, мантры, нормы морали и этики – ничего не помогает мне видеть в Алексее обычного пациента.
А ведь я была уверена – после его женитьбы моя наивная, детская влюблённость исчезла. Я искренне верила, что смогла справиться со своими чувствами.
Но всё оказалось совсем не так.
Я могу бесконечно смотреть в его глаза. Даже сейчас, когда Лёша не может нормально двигаться и говорить, я совершенно не замечаю этого. Для меня он остался прежним.
