В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз.
- Нет, - растерялась я.
- Тогда и смысла нет их там искать, - Бранчефорте подставил локоть, и я взяла его под руку.
- Не понимаю… - начала я.
- Не будем гадать, - он накрыл мою руку ладонью. – У нас прогулка. Жених и невеста осматривают окрестности. В этом нет ничего зловещего.
- Да уж, - только и пробормотала я.
Мы прошли по городу, честно и вежливо раскланиваясь со знакомыми, которых встречали, и я спиной чувствовала взгляды, которыми нас провожали.
Пройдя по торговому мосту, мы с графом пересекли Королевский парк и вышли за пределы города. Теперь перед нами открывалась пустынная дорога, ведущая в сторону холмов, поросших тисовыми рощицами и боярышником.
- Живописная местность, - заметил граф, оглядываясь.
- Эти холмы – местная достопримечательность, - сказала я. – Вам нравится?
- Очень, - подтвердил он с пылом. – Мне кажется, что я в раю. Даже представить не мог, что здесь меня будут ждать такие красоты. И я не только о природе, к вашему сведению. Кстати, кто назвал вас Роксаной?
- Бабушка, - мне тоже было приятно идти по ровной песчаной дороге, время от времени попадая в тень деревьев, и опять выныривая под ослепительное солнце. Да и компания мне нравилась. Гораздо интереснее бродить под ручку с королевским инквизитором, чем наблюдать, как гуляют другие. – Бабушка собиралась назвать Роксаной маму, но дедушка был против. Он хотел, чтобы у его дочери было уважаемое, старинное и достойное имя, а не новомодная прихоть. Тогда была мода на странные имена.
- На самом деле, имя Роксана – совсем не странное, и гораздо древнее, чем Матильда, - улыбнулся граф. – Вам известно, что оно означает?
- Вроде бы, «сияющая».
- Совершенно верно. На персидском. И это имя подходит вам. Сегодня вы сияете.
- Это просто солнце слишком яркое, - запротестовала я.
Бранчефорте покосился на меня, но ничего не сказал. Я тоже замолчала, потому что дорога пошла вверх, идти стало труднее, и я берегла дыхание. Граф поддерживал меня, а потом забрал зонтик, сунув его под мышку, рядышком с тростью.
- По-моему, вы себя переоценили, - сказал Бранчефорте, когда мы добрались, наконец, до верха холма и остановились у полуразрушенной каменной стены.
- Со мной всё хорошо, - соврала я, испытывая огромное желание снять шляпку, перчатки, а вместе с ними и платье.
- Я вижу, - граф не пожелал проявлять дипломатию. – Жаль, мы не догадались взять с собой воды. Но у меня есть фляжка с виски, если желаете…
- Не желаю, - тут же отказалась я.
