В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
Только мама, по обыкновению, этого не заметила.
- Не знаю, не знаю, - сказала она с сомнением, не забывая подлить мне и Стелле ещё чая. – Сти, что он там ещё говорит?
- Говорит, что напишет её портрет, и это будет венцом его жизни, - Стелла дочитала и перебросила журнал мне. – По-моему, он в тебя влюблён, Рокси.
- Он тоже женат, - сказала я с притворным вздохом, просматривая статью.
Да, господин Эверетт не поскупился на эпитеты. Мило с его стороны, но… вряд ли разумно. Тут мама права. Бедняга Эверетт был новым человеком в нашем городе и мог ещё не узнать, что меня давно называют не Чёрной Розой, а Роковой Роксаной.
- Рокси, дай мне! – мама почти выхватила у меня журнал и принялась читать сама, от волнения морща лоб и беззвучно шевеля губами.
Пока она читала, мы успели выпить по чашке чая и уничтожить все булочки.
- И всё-таки, так не говорят о двадцатилетней девушке, - изрекла мама, закончив чтение.
- Мне двадцать шесть, - напомнила я. – И все это знают.
- Кто знает? – возмутилась мама. – Кто, вообще, знает, сколько лет чужим детям?!
- В этом случае – знает весь город, - разочаровала я её. – Лгать бесполезно, мам. Даже не пытайся. Ты только создаёшь неловкие ситуации.
- Я лгу?! – она приготовилась обидеться, но тут отчим засмеялся. – Ты смеёшься надо мной, Аделард?
- Нет, что ты, дорогая, - успокоил он её. – Просто прочитал статью этого парня… - и осёкся, а мы со Стеллой переглянулись и прыснули, потому что знали, что сейчас начнётся настоящая буря.
- Ты опять читаешь этого ужасного Ронбери?! – мама позабыла обижаться и накинулась на отчима совсем по другому поводу. – Как можно читать этого вульгарного, напыщенного, грубого субъекта? Не понимаю, зачем его, вообще, печатают!
- Возможно, потому что в отличие от остальных он пишет правду? – заметил отчим.
- Правду? С каких это пор вульгарности и насмешки называются правдой? Девочки, ведь я права? – обратилась мать к нам, ища поддержки.
- О да, совершенно права, - сказала я, а Стелла с готовностью закивала.
- Вот видишь? – мама обернулась к отчиму, но тот уже перевернул очередной лист и сделал вид, что ничего не услышал.
- Вы сейчас идёте в бассейн? – спросила у нас мама, продолжая поглядывать на отчима искоса и с недовольством.
- У нас сначала прогулка, а потом бассейн, - ответила я, допивая чай. – Потом Сти идёт к Юлиане, а я – позировать к господину Эверетту.
