В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
- Не понимаю, как никто не догадался, что господин Ронбери – это вы, - хмыкнул граф. – Этот нахальный журналист виден в каждом вашем слове. Сейчас скажете, что платье вам не понравилось…
- Платье чудесно, - сказала я, пряча улыбку, потому что разговор нравился мне всё больше и больше. Было в нём какое-то особое очарование нереальности и в то же время – такой оглушающей реальности, что даже дух захватывало. – Но зачем было привозить платье сюда? Завтра будет столько хлопот, чтобы доставить его в Солимар.
- Не вижу никаких хлопот, вы наденете его здесь, только и всего.
- Здесь? И как вы представляете мою поездку в нём? Оно помнётся в карете, ведь отсюда до города часа полтора езды.
- Зачем нам карета? Доберёмся до города точно так же, как сегодня убрались из него.
- На лодке? – изумилась я. – Вы – на вёслах, я – в охапку с фатой?
- Почему же в охапку? - глаза графа весело блеснули. – Два гребца, два охранника, две горничные – мне кажется, это вполне достойное сопровождение для вашей блестящей особы.
- Два, два и два, - быстро сосчитала я, - да ещё мы с вами – восемь человек в той захудалой лодочке? Или вы всё-таки обладаете мастерством феи-крёстной и любую калошу сможете превратить в корабль?
- Корабль я вам не обещаю, - ответил Бранчефорте, - но королевскую лодку для прогулок – с огромным удовольствием. Там поместятся все, да ещё и для фаты место останется.
- Вы всё продумали, - заметила я. – Отменный прагматизм.
- Прагматизм… - пробормотал он и оторвался от косяка.
Он коротко кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Я осталась одна и села в кресло, забросив ногу на ногу и болтая туфлей. Минут пять я гипнотизировала взглядом ширму, закрывавшую подвенечное платье, а потом протянула руку к серебряному колокольчику, стоявшему на хрустальном блюдце.
Звон был удивительно нежным и негромким, но дверь почти сразу же распахнулась и появилась горничная – с чопорным поклоном, вежливой улыбкой и в кружевном чепчике.
- Что угодно, миледи? – спросила она.
- Будьте добры, - попросила я её, - передайте графу Бранчефорте, что перед сном я не отказалась бы от чашки чая в его компании.
- Да, миледи, - сделала служанка книксен. – Сейчас же передам.
Когда она ушла, я умылась и причесалась, и некоторое время смотрела на своё отражение в зеркале.
