В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
Он не говорил красивых слов, и письма писал по всем правилам – ничего лишнего и личного, очень вежливо о погоде, о здоровье, упоминание общих знакомых, строчка стихотворения… Он казался мне идеалом молодого человека. Конечно же, я была влюблена в идеал, и когда он умер, мне было очень больно. Даже думала, чтобы уйти в монастырь, но мама пригрозила, что отправится туда следом за мной и не даст спокойной жизни…
Я помолчала, собираясь с мыслями, и продолжала:"
"- Первый год после смерти Винсента я была, как больная.
- А потом стал за вами ухаживать? - догадался граф.
- Он был очень настойчив, - я слабо улыбнулась. – Он был весь – жизнь, молодость, сила, задор. Никогда не мог усидеть на месте. Театр ненавидел всей душой, особенно оперу.
- И полюбили Колдера.
- Снова угадали, - кивнула я. – Но как его можно было не полюбить? В Солимаре его прозвали «Голубоглазым демоном».
- Но достался он вам.
- Не достался, - я перевела взгляд с городских огней на лицо графа. – Охотился, попал под дождь, простудился… Никто и подумать не мог, что он умрёт, всего лишь попав под дождь.
- Причины там были другие, - заметил Бранчефорте.
- В то время я этого не знала. Для меня это был удар. Чувство несправедливости. Потому что это несправедливо, когда умирают молодые. На похоронах его мать вернула мне колечко из пряди моих волос.
- Только появился третий, Фарлей.
- Как с неба упал, - сказала я. – Приехал на воды с родителями, увидел меня во время прогулки, сразу нашёл способ, чтобы нас представили друг другу, и уже через неделю приехал просить моей руки. На меня уже тогда посматривали косо.
