В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
У меня накопилось столько корреспонденции… Я подзапустил все прочие дела, когда приехал в Солимар.
- Спасибо, - поблагодарила я совершенно искренне.
На губах графа промелькнула слабая улыбка, а затем он снова углубился в чтение писем.
Чай был вкусным, но я поставила чашку после второго глотка. У меня даже ладони зачесались поскорее схватить перо и начать историю о поимке злодея в Солимаре.
Стараясь не привлекать к себе внимания, я тихо пересела за стол, достала писчие принадлежности и поправила свечу, чтобы ярче горела.
Стол находился слева от кресла графа, чуть позади, и я подумала, что мы сейчас смотримся как настоящие супруги. Но о чём это я? Какие бы отношения нас не связывали, для всех мы – муж и жена. И для людей, и для закона, и для небес… И жене вполне можно протянуть руку и поправить халат на груди мужа. Или, наоборот, распахнуть бархатные края ещё больше, а потом…
От Королевского парка, темневшего стеной, донеслось соловьиное пение. В этом году птахи превзошли самих себя и заливались, как лучший оркестр в мире.
Граф Бранчефорте оторвался от корреспонденции и поднял голову, задумчиво глядя туда, где за парком блестела от фонарей лента Пойзена.
- Как заливаются, - произнёс он.
- Да, - ответила я, чтобы что-то ответить.
- Наверное, вы не о такой первой брачной ночи мечтали? А, Роксана? – спросил граф, не поворачивая головы.
- Да, - снова повторила я. – Забавно получилось. Вот и свадьба прошла, и ничего не произошло.
- Пока наш неизвестный друг себя не проявил, - согласился граф.
- Надо быть совершеннейшим дураком, чтобы напасть на меня или вас во время свадебной церемонии, когда вокруг сотни людей.
- Согласен. Такой финт в стиле вашего горячего поклонника Эмиля Бэдфорда. Но тот, кто выжидает годами, кто заметает следы, отправляя письма с намёками и без подписи – он не совершит безрассудного поступка.
- Значит, вы просчитались, милорд?
- Уверен, что мы всё сделали правильно.
Мне оставалось гадать – умышленно или нечаянно он сказал «мы».
- Мне кажется, сейчас он страдает, - продолжал граф. – Во-первых, вы теперь принадлежите другому – мне. И вы уже не одинокая девица и потеряны для него навсегда. У вас появился вполне определённый хозяин…
- Спасибо! – не удержалась я.
- Не обижайтесь, Роксана, - усмехнулся он. – Это всего лишь образное выражение, и вы прекрасно это понимаете.
