В «Дамских новостях» светится статья о нашей Рокси! Стелла обсуждает повышение рейтинга ее ведущей публикации, а я наслаждаюсь воздушной солимарской булочкой. Атмосфера свежего дневного солнца и легкого запаха жасмина усиливается мыслью о захватывающей истории, которую Рокси готовит нам на этот раз....
- Передумали уходить, Роксана? – спросил он негромко, и от звуков бархатистого голоса у меня снова побежали мурашки по коже.
- Кое-что кажется мне странным… - сказала я, с усилием заставляя себя не отводить взгляда от мужа.
- Что же?
- Чёрные розы во всех четырёх случаях смертей, - сказала я. – Мы ничего не можем предположить относительно моих женихов, потому что прошло слишком много времени, но подумайте – Эверетт только что напал на благородную девицу, королевский эмиссар был этому свидетелем.
Граф поднялся из кресла легко и стремительно, и так же стремительно подошёл ко мне, встав очень близко, лицом к лицу.
- Вы первая женщина, которая наедине со мной размышляет об убийствах, - сказал он и вдруг коснулся ладонью моей щеки, а потом – большим пальцем – уголка губ.
Полумрак комнаты, дрожащее пламя свечей, пение соловьёв в ночи… Что может быть романтичнее? И особенно – когда рядом красивый мужчина. Очень красивый мужчина. Очень опасный, очень… очень желанный…
Я ничего не смогла с собой поделать – закрыла глаза и чуть приподняла подбородок, понимая, что последует дальше. Будет поцелуй. Такой же, как перед церковью. А возможно, ещё горячее… И даже слова о женщинах, которые когда-то там были наедине с моим мужем, прошли мимо сознания.
- Иногда цветы – это просто цветы, - сказал граф Бранчефорте и убрал руку, а я сразу открыла глаза, почувствовав себя обманутой.
Мой муж отошёл к столу, заглянул в мои записи, сдвинув их на край, и произнёс:
- Идите спать, Роксана. Завтра нам предстоит много дел. Отдохните и ничего не бойтесь. Мы с Лойлом охраняем вас.
Я вылетела из гостиной пулей, и оказавшись в своей спальне первым делом заперла дверь изнутри, хотя и так было понятно, что никто не покусится на меня в эту ночь.
Через открытое окно слышалось пение соловья, и я долго не могла заснуть, уткнувшись в подушку и чуть не плача от чувства неизбежности и от одиночества.
Глава 23
Первое утро моей замужней жизни выдалось солнечным и ярким. Таким ярким, что я зажмурилась, едва открыв глаза.
