В мире, где строгость и холодность – это модное оружие, традиционная прическа мамы выглядит как забытая эпоха. Важно не только внешний вид, но и то, как мир вокруг воспринимает вас. Это драма в лицах, где каждый движение — это новый способ быть уверенной в себе и неприступной для мира вне собственных границ....
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – Она хмурила брови, пыталась сдержать улыбку, напирающую на губы.
– Нет, – ответил Олег.
Он думал о том, что надо было бы позвать с собой друзей. Они тоже с детства мечтали о таком счастье. Но, увы, обед у мамы – это слишком личное. Он ни с кем не хотел этим делиться.
– А вчера где был?
– Я думал, ты с Капитоновым, – сказал Олег и поднес ко рту полную ложку.
– Капитонов сбежал.
Сын вопросительно посмотрел на маму, но с ложки схлебнул. Ему было все равно, сбежал Капитонов вообще или только от мамы.
– А Косенков остался.
Олег ничего не сказал, но жевать перестал. Ну да, вчерашний мужик – реально крутая личность. Парень и сам мог бы догадаться, с кем имел дело.
– Я живу с ним. Ты это хочешь спросить? – Мама смотрела на него совсем не зло, но с вызовом.
– Тебе виднее, с кем жить.
– Ты думаешь, что я такая-сякая, то с одним, то с другим?
– Вовсе нет.
– У нас когда-то были отношения с Димой… с Дмитрием Даниловичем.
– Тем более.
– Что тем более? Ты знаешь, кто сейчас Косенков?
– Да, слышал. Но не видел его.
– Здесь, у нас, он может все.
– Да слышал я.
– Я ходила к нему, просила за тебя.
– Ты просила? – Олег просто не мог остаться равнодушным к этой новости.
– Про Капитонова рассказала. Я и в полиции говорила, но там меня слушать не хотели. А Дима выслушал и поверил. Поэтому ты на свободе.
– Это очень интересно.
– Только не думай, что я его за это благодарю. Просто проснулись во мне старые чувства, – сказала мама, зарумянилась и повернулась к окну, чтобы скрыть свое смущение.
– Такое бывает.
– Это чтобы ты знал.
– Да, я понимаю.
– Это Косенков тебя из тюрьмы вытащил.
– А Капитонова?
– Капитонова?… – Мама на мгновение задумалась. – Его видели на месте преступления.
– Там видели человека, похожего на него телосложением.
– Алиби у него не было, – сказала мама и замялась.
– Алиби, – вслух прожевал это слово Олег.
– Тебя он с Пронько стравливал, а потом подставил.
– После этого сам угодил под удар, – проговорил Олег и крепко задумался.
«Мама сошлась с Косенковым, и Капитонов стал для них лишним. Косенков – человек могущественный, он мог обратить против Капитонова закон. Если так, то мама тоже причастна к игре против него. Но я не хочу ее ни в чем обвинять. Да и Капитонов не тот человек, за которого стоит заступаться, как раз наоборот.
Косенков действительно мог натравить на Капитонова полицию.
