В мире, где строгость и холодность – это модное оружие, традиционная прическа мамы выглядит как забытая эпоха. Важно не только внешний вид, но и то, как мир вокруг воспринимает вас. Это драма в лицах, где каждый движение — это новый способ быть уверенной в себе и неприступной для мира вне собственных границ....
Ему все равно было, с кого спросят за убийство полковника Пронько, лишь бы его самого не трогали.
– Косенков здесь ни при чем, – повторил Сельев."
"Похоже, он грудью готов был встать на защиту Косенкова, что, в общем-то, уже и делал. Капитонов ему никто, а Косенков был способен содействовать его продвижению, вплоть до должности начальника ОВД. Он имел такие возможности. Олег почему-то не сомневался в этом.
– Значит, завтра к следователю. – Сельев крутанул пальцем у головы, закончил разговор и направился к машине.
Женя сердито глянула на Олега, потом на маму, поспешила за опером и что-то спросила у него, Сельев задумался, приложил палец к виску и отрицательно покачал головой, отказывая ей.
Патрульный «уазик» уехал, увез и Сельева, и Капитонова. Женя осталась одна, прямо как грибок посередине пляжа. Но если тот не мог никуда уйти своим ходом, то у Жени такая возможность имелась. Она медленно побрела по дороге в сторону города.
– Домой? – спросила мама.
– Ты же вроде куда-то собиралась.
– Уже не собираюсь, – ответила она, вздохнула, выразительно глянула на Женю.
Мама не хотела ехать к своему любовнику. И перед сыном неудобно после разговора с Женей, и перед самой собой.
– Да и не надо, – сказал Олег.
Мама села в одну машину, он – в другую, а Женя продолжала идти пешком. Мама проехала мимо нее.
Олег остановился, открыл правую дверцу и услышал:
– Не надо, я пешком.
– А если Капитонов сбежит?
Женя нахмурилась, представив себя в железных объятиях Капитонова, и села в машину.
Она закрыла за собой дверцу и спросила:
– А почему я должна его бояться?
– Да потому, что он сбежит, – ответил Олег и мрачно усмехнулся.
– Дело не в этом.
– Дело в этом! Именно поэтому Сельев тебя отфуболил.
– Куда он меня отфутболил? – вскинулась девушка.
– Убьют менты Капитонова при попытке к бегству. – Олег скорее обращался к себе, чем к ней.
– Почему это?
– Не доживет он до суда. Или твой отец не такой страшный, каким его малюют? – осведомился парень.
Он снова обращался больше к самому себе, нежели к ней. Возможно, Косенков и не имел такого влияния, какое ему приписывали. Но если все-таки он мог двигать местными раскладами, то Капитонов был обречен.
Если его убьют сегодня, то Олег будет в этом виноват. Не надо было сдавать Капитонова Сельеву? Вдруг он и на самом деле ни в чем не виноват?
– А твоя мать? – возмущенно спросила Женя.
– При чем здесь моя мать? – Олег косо глянул на нее.
