В дрогнувшем гараже стоял беспорядок, армия Рюриковичей только что предательски вступила на территорию великого княжества Хабаровского. Я поднял голову Толстого, чтобы увидеть приближающихся солдат, готовящихся расстрелять меня и моих товарищей. Время до трех — и я произнес слова зачитывавшегося: два... Солдаты понесли предательское поражение, отказались подчиниться и предпочли сдачу....
Впрочем, каждая черта мужчины буквально кричала о готовности превратиться из вежливого гонца в смертельное оружие. Виктория ни на миг не сомневалась, что стоящий перед ней командир способен в одиночку перебить десятки одаренных даже голыми руками."
"И это ощущение не прошло за минувшие дни. Хотя сейчас боярич Медведев и не присутствовал в особняке, его дежурящие на территории Морозовых бойцы не способствовали чувству безопасности боярышни.
— Все еще опасаешься? — спросила Инга Валентиновна, возвращая дочь из задумчивости.
С губ боярыни не сходила улыбка с тех пор, как боярич Медведев принес документы о смене подданства рода Морозовых. И дочь понимала, что матушка, наконец, по-настоящему поверила, что черная полоса для рода закончена.
И отчасти корила себя за то, что так долго тянула с ответом княжичу.
— Понимаю тебя, — вздохнула меж тем Инга Валентиновна, помешивая ложечкой чай в чашке. — Слишком долго мы ждали удара в спину.
Она усмехнулась, замолчав на несколько секунд, после чего посмотрела на дочь серьезным взглядом и продолжила:
— По крайней мере, нашим союзникам.
Виктория вздохнула.
— Меня пугает та легкость, с которой князь Демидов принял нас под свою руку. Да, я дала согласие Дмитрию, но ведь это еще только слова.
Боярыня покачала головой, разглядывая дочь.
— Руслан Александрович плевать хотел на мнение столичных дворян, — сказала Инга Валентиновна.
— Я виделась с ним на приеме, — кивнула боярышня. — И хотя Дмитрий Алексеевич просил не обращать внимания на поведение деда, князь Демидов не показался мне самодуром. Я бы сказала, что Руслан Александрович — прозорливый политик.
— Думаешь, Дмитрий Алексеевич позволит деду задеть тебя?
— Нет, он такого не допустит, — улыбнулась Виктория. — Но боюсь, что подведу его.
— Ты слышала, что великий князь Выборгский собирался отдать за княжича Романова свою дочь? — приподняв бровь, спросила боярыня Морозова. — Но он выбрал тебя, и князья — что Романов, что Демидов — этот выбор одобрили.
