Тамара подняла на меня жалобный взгляд:
– Я скажу, а вдруг от этого хуже станет?
– Он мне не велел никому говорить, понимаете?
Нет, я ничего не понимала. Кто не велел говорить? Кому станет хуже? Я приготовилась еще раз как следует рявкнуть на бестолковую повариху, как вдруг дверь кухни снова открылась. На это раз на пороге мы увидели Инну. Оказывается, она уже вернулась.
– Что здесь за допрос с пристрастием? – холодно спросила она, как всегда, вместо приветствия.
– Да вот, рассказываю Тамаре анекдот, – не моргнув глазом, сообщила я.
– Да?! – изумилась Инна. – А почему она плачет?
Я посмотрела на повариху. Действительно, вид у нее был такой, что, казалось, она вот-вот разрыдается. Тамара тут же кинулась собирать на стол, должно быть, в первый раз в жизни обрадовавшись появлению хозяйки.
– Татьяна, мы с вами, кажется, договорились, что вы будете согласовывать со мной время вашего посещения этого дома!
– Во-первых, вас не было, – сказала я, – я вам звонила.
– Во-вторых, я привезла вам Глеба. – Я выразительно посмотрела на секретаря, маячившего у Инны за спиной.
Инна обернулась и тоже посмотрела на молодого человека, причем так, что тот едва не покрылся инеем с головы до ног.
– А есть еще и в-третьих, – заметила я многозначительным тоном.
– И что же в-третьих?
– Я сегодня видела Дмитрия Алексеевича.
Я ждала хоть каких-то изменений в выражении лица Инны. Ну, хоть как-то она должна была отреагировать на такое сообщение. Тщетно! Как там сказал Василевский? «Она меня любит». Да…Такой наивной я была, когда ходила в детский садик и верила в Деда Мороза.
– Как он? – наконец, выдавила из себя Снежная королева, абсолютно без всяких интонаций.
– Ничего, он в порядке, – соврала я бодрым голосом.
– А милиция что говорит?
– Простите, этого я вам сказать не могу, так сказать, тайна следствия.
– А вы здесь продолжаете искать преступника?
– Продолжаю собирать сведения, – напомнила я.
– Ах, да, сведения… Выполняете за милицию ее работу?
Инна с грохотом закрыла дверь кухни перед самым носом секретаря, оставив его по ту ее сторону. Тамара активно хлопотала, собирая на стол, и делала вид, что ее не касается то, что происходит между ее хозяйкой и странной гостьей, задающей Инне неудобные вопросы. Инна походила с минуту взад-вперед по кухне, якобы рассматривая давно знакомую ей мебель, но вдруг резко повернулась ко мне.
– Татьяна, – сухо сказала она, – сколько вам заплатил мой муж?
– У меня ставка – двести долларов в день.