Автор
Взгляд Нилы вкраплялся в тонкие лепестки ромашек, когда она задыхалась от страху. Стены комнаты были покрыты нежными белыми и желтыми цветами ромашек, старые краски стерлись, открывая серую подлинность. Тихий шепот вносило дополнительное напряжение в тишину, пугая девушку от неизвестности за окном....
Жемчужная дымка мягко обволакивала и давала ощущение покоя и одновременно возбужденного стремления, не привязанного к действию.
— Как тебе мой сюрприз? — Спросил туман высоким мелодичным голосом. Женским? Мужским? Не понятно.
— Сюрприз? Какой сюрприз? — Нега и полудрема не отпускали, дымка все больше укачивала и убаюкивала.
Туманный смех рассыпался хрусталиками:
— Не вздумай отказываться, пусть и будет возможность. Выбирай приграничье. Там твоя судьба.
Туман рассеялся и на смену умиротворению пришло ОНО! Тяжелой поступью отряда вооруженных гномов в Нилину голову пробралось похмелье.
— Нила, не дергайся. Давай еще поспим. — Хриплое в макушку.
Это первое, что она услышала, после того, как с трудом разлепила слипшиеся глаза и вяло помотала руками и ногами, пытаясь скинуть какие-то тяжелые предметы со своей груди и с нижних конечностей.
— Покровители, Миай, а ты что тут делаешь? — Нила с трудом отодвинула кошака и попыталась сесть в постели.
Общажные кровати не были рассчитаны на двоих и пространства возле стенки оставалось «чуть-чуть и только бочком».
Повозившись и потершись спиной вдоль стены, Нила все-таки приняла более-менее удобное положение и задумчиво посмотрела на оборотня, затем на соседние кровати. Горины в комнате не оказалось, кровать заправлена.
Так, Миай в штанах, она, Нила, — в изрядно помятой форме, которую и надевала на распределение. Значит, просто спали.
Облегченно выдохнув, Нила решила разбудить засранца, который мог и бы к себе добраться, не в город же обратно идти надо было, а всего лишь этажом выше.
— Эй, Миай! Кошак, вставай! — Нила легонько потрясла мужчину, ухватив за предплечье.
— Нила, имей совесть, дай поспать! — Миай ловко ухватил девушку за талию и перекинул на пол.
Кошачье мурлыканье сменилось на строгий и требовательный тон:
— Нила, делай, что хочешь, но меня не трогай, я и так надорвался, пока тебя в корпус нес, с тебя причитается.
«Интересно, а который сейчас час?» — Пришедшая в голову мысль была на руку практически сразу уснувшему целителю, но серьезно обеспокоила девушку.
