Автор
Взгляд Нилы вкраплялся в тонкие лепестки ромашек, когда она задыхалась от страху. Стены комнаты были покрыты нежными белыми и желтыми цветами ромашек, старые краски стерлись, открывая серую подлинность. Тихий шепот вносило дополнительное напряжение в тишину, пугая девушку от неизвестности за окном....
Небольшое, исключительно внутрисемейное происшествие, от которого улыбки не сходили с лиц Миая, Нилы, Сезарио и Тэя еще несколько минут, разрядило обстановку и притупило ощущение угнетенности, поступающее, казалось, даже из воздуха.
Еще через десять минут поездки Миай резко остановил повозку.
— Смотри. — В голосе его было сильное напряжение и ни капли обычной развязной насмешливости.
— Где? — Нила уловила изменившееся настроение оборотня и сама напряглась, тут же начиная меняться внешне. — Я ничего не вижу, — произнесла она глубоким голосом.
— Присмотрись к этому дереву, — Миай махнул на ближайшее к ним хвойное и Нила в ужасе приложила ладонь к губам. Из повозки уже выпрыгивали Тэй, Сезарио и Ткахт.
Они, встревоженные незапланированной остановкой и странным поведением Нилы и Миая, подошли к ним ближе, за ними, следом, шаг в шаг, следовала Дельфина.
— Что-то не так? — Она протиснулась мимо мрачных Ткахта и Тэя и подошла к дереву.
— Ох… — Реакци Дельфины практически повторила реакцию Нилы.
Все стояли и молча смотрели на неественно черно-серый ствол и ветви дерева, даже хвоя на нем была подернута сероватым налетом.
Она отняла руку от ствола и все увидели, что она оставила на плесневелом стволе след. След цвета нормальной коры.
— Ого! — Воскликнул Сезарио. — Нила, ты, кажется, подругу заразила.
— Говорил же я, что странностей становится все больше и больше. — Пробормотал Миай.
— Дельфина? — В голосе Ткахта звучало благоговение и осторожность. Девушка обернулась на его окрик.
Мужчины потрясенно выдохнули и почти синхронно сделали шаг назад. Нила внимательно оглядела Дельфину и обернулась к мужчинам.
— Была бы тут третья, я бы ослеп. — Тихо прошептал Миай.
Девушки обе словно светились изнутри, но совершенно по-разному. Дельфина олицетворяла собой нечто светлое и прекрасное до замирания сердца и остановки дыхания. Нила жы, напротив, была темной, но не менее прекрасной.
Секунда — и все пропало. В лесу, недалеко от магической повозки, снова стояла обычная группа из мужчин и женщин, принадлежащих к разным расам.
«Конст, ты где? Я тебя почти не чувствую.
