Автор
Взгляд Нилы вкраплялся в тонкие лепестки ромашек, когда она задыхалась от страху. Стены комнаты были покрыты нежными белыми и желтыми цветами ромашек, старые краски стерлись, открывая серую подлинность. Тихий шепот вносило дополнительное напряжение в тишину, пугая девушку от неизвестности за окном....
— Сделал весьма странный вывод из ее молчания некромант и затушил огонек.
Еще секунда и она уже лежит на кровати, пытаясь отбиться от настойчивых рук нарина.
— Т-с-с-с, — легкий шепот на ухо, — пожалуйста, я хочу только помочь. Никто об этом не узнает, обещаю. И ты меня больше не увидишь.
От этого заявления Нила даже немного растерялась и перестала сопротивляться:
— Почему не увижу?
— Практик совместных у нас на этой неделе больше нет, а потом ты уедешь. — Некромант хмыкнул. — Но, если ты хочешь, я к твоим услугам до самого отъезда.
— Да ты меня и так достал!
— Хорошо, значит, только сегодня. — Каков наглец! Ну, зараза!
Девушка взбрыкнула и только теперь поняла, что, пока они шептались, некромант раздевался сам и раздевал ее. Горячие руки некроманта уже скользили по ее немного прохладной коже, вызывая почему-то не отвращение, а, напротив, трепет и желание. Жадные, немного раваные движения заставляли хотеть большего, и с каждым движением некромант все больше затягивал ее в омут, из которого только один выход.
Он не был нежен, но сейчас ей это совсем и не нужно. Тело просило, умоляло. Раздев их полностью, он лег на девушку сверху и сразу проник, медленно, но без прелюдии. Нила выгнулась навстречу, обнимая и прижимая к себе. И только теперь последовал крышесносный поцелуй. Мужчина отдавал ей свою страсть полностью, раскрывался, впускал в себя и требовал в ответ того же.
— Ты даже не представляешь, как мне хотелось нагнуть тебя сегодня там, на практике, а еще больше в лечебнице, там столько укромных мест…
— Идиот…
— Сезарио, у меня есть имя, строптивая ты моя.
— Ох, Сезарио… — Нила уже забыла, что еще полчаса назад он ее, как минимум, раздражал.
— Да, моя сладкая, ты сегодня в этой комнате, словно долгожданный подарок. Такая чувственная, красивая, возбужденная…
Некромант все шептал и шептал, беря Нилу так, как может брать мужчина, который привык к власти и подчинению окружающих.
— Вот так ты мне нравишься гораздо больше, покорная, изнемогающая от страсти. Тебе ведь нравится? Отвечай! — С последним словом он врезался в податливую девушку с оттяжкой.
— Даааа…
— Я хочу, чтобы ты это помнила, уезжая на практику. Меня. И помнила, что тебя тут будет ждать по возвращении.
