Автор
Взгляд Нилы вкраплялся в тонкие лепестки ромашек, когда она задыхалась от страху. Стены комнаты были покрыты нежными белыми и желтыми цветами ромашек, старые краски стерлись, открывая серую подлинность. Тихий шепот вносило дополнительное напряжение в тишину, пугая девушку от неизвестности за окном....
Все еще пораженная последними словами Горины, Нила поспешно распрощалась до вечера и понеслась на общее собрание."
"Нет, нравы в Соллейе царили весьма свободные, но без перегибов. Любое нарушение закона жестко пресекалось или наказывалось. Кумовство и взяточничество имелось в наличии, но тщательно скрывалось. Потому что не только строго наказывалось, а в случае чего могло использоваться и в качестве шантажа. Свод законов составлялся максимально простым, но, да, со множеством дополнений и приложений. Куда уж без них.
А еще существовала элита, которая всем заправляла и какой многое «спускалось».
Лет двести назад люди и гномы вели весьма пуританский образ жизни, до подписания договора «о свободных землях» с оборотнями. Лет через пятьдесят после его подписания, стали перениматься и некоторые традиции. Оборотни не были склонны к оседлой жизни, всегда энергичные, в движении, с полной свободой в проявлении чувств, они неуловимо захватывали и подчиняли. Нет, они не лезли в высший эшелон власти, там традиционно правили люди и орки.
А они жили везде! Кроме эльфийских и сильфийских земель.
За эти двести лет практически изжило себя и рабство, но не совсем, перейдя скорее в разряд «престиж». Для того, чтобы купить раба, надо было быть баснословно богатым или иметь перечень заслуг перед Правителем одного из Союзных Государств.
Или как тот мальчик на кухне…
Сирота, с очень сильным даром, не раб, скорее слуга и ученик, зарабатывал себе на будущее обучение.
Ректор весьма лояльно относился к магически одаренным детям с трудной судьбой, заключая с ними рабоче-учебные договора. Хотя Академия могла себе позволить и раба.
В обычной же жизни рабочих рук всегда хватало, поэтому раб оказывался скорее игрушкой, забавой, иметь которую обязывало положение.
Нила двояко относилась к рабству: с одной стороны — это дело каждого, а с другой — не были бы владельцы живого товара так жестоки.
Публичная жестокость могла и наказываться, если оказывались свидетели. Но вот то, что творилось за стенами домов, — оставалось на совести сильнейших.
Рабство законодательно утверждалось в нескольких категориях:
дети, которых продавали родители,
взрослые, отрабатывающие долги или наказание,
пленные.
