Автор
В темноте и холоде предрассветного ландшафта, подобранное спокойствие наполняет воздух. Открыв холодильник с коварной решимостью, ты бросаешься в уединенный мир своей спальни, чтобы насладиться отведённым днем в полнейшей тишине и безмятежности. Чуть приотворенная дверь коридора свидетельствует о ночном гуле - шум, который напоминает о мире за дверью....
В четверг я, измучившись от любопытства, попыталась перехватить полковника. Спустилась за полночь в столовую и ласково прощебетала:
– Хочешь, картошечки пожарю?
Александр Михайлович, не ожидавший моего появления, чуть не подавился трехэтажным бутербродом, потом сердито ответил:
– Спасибо, еще хочу пожить.
– Ну уж не настолько вредна вкусная картошка, – залебезила я.
– Верно, – согласился толстяк, – опасаюсь не корнеплодов в масле, а твоих кулинарных талантов. Перепутаешь чего, и я отравлюсь."
"Лишь страстное желание узнать, по какой причине няня Феня задумала лишить жизни Евгения, удержало меня от резких заявлений.
– Мне отправляться спать?
– Естественно, – кивнул Александр Михайлович.
– Прямо так идти в кровать?
– Угу, – не дрогнул полковник.
Делать нечего, придется, видимо, убираться восвояси, что называется, не солоно хлебавши. Но когда рука моя коснулась двери, любопытство стало нестерпимым, и я обернулась.
– Милый!
– Что? – с полным ртом отозвался Дегтярев.
– Не попадалась ли тебе шуба? – решила я начать разговор издалека.
– Какая?
– Розовая шиншилла, принадлежащая Татьяне. Ее надо найти!
– Зачем искать? – пожал плечами полковник. – Она наверху, спит, наверное.
– Речь идет не о нашей гостье, а о манто, – терпеливо пояснила я. – Если оно не отыщется, Борейко навсегда останется тут. Боровиков дико зол, он не звонит жене, вообще словно в воду канул. Что делать? Тебе охота жить с Танюшкой? Может, мне продолжить поиски шубейки? Если честно, пребываю в тревоге: Алиса пропала, не знаю, жива она или нет, Рита Секридова исчезла, на звонки не отвечает, дверь не открывает.
– Он жив, – коротко ответил Дегтярев, – вовремя в больницу доставили.
– А Рита? Алиса?
Александр Михайлович отложил сандвич, посмотрел на него, потом снова схватил чудовищное сооружение из хлеба, масла, колбасы, ветчины и сыра, затем вдруг сказал:
– Завтра в пятнадцать ноль-ноль жду у себя в кабинете.
– Я всегда прихожу вовремя!
– Молодец, – бодро отозвался толстяк и занялся бутербродом.
Я повздыхала и пошла в спальню. Некрасиво со стороны полковника так себя вести. Он же великолепно понимает, что я хочу узнать ответы на свои вопросы, и поэтому сейчас чувствует себя хозяином положения.
