Автор
В зале для дальнобойщиков царит веселая атмосфера — пьяный смех и захлебывающиеся глотки ближайших крепких напитков. Дамы в нарядных платьях расположены по обе стороны столика, с любопытством глядя на происходящее. За углом тихо угрюмо держатся несколько мужчин, явно не удовлетворенные тем, как продвигается вечернее мероприятие....
– Такой шмон устроили – не дай бог! Все перевернули, документы перерыли, бардак, блин!
– Мне пора возвращаться, – захлопнув крышку мобильника, сказала Марина, коротко взглянув на сидящего рядом Хохла. – Иначе весь мой бизнес пойдет прахом. Чувствую, за меня решили взяться по линии ОБЭПа. Надо Ворону звякнуть, выяснить, что вообще в городе происходит.
Разговор с Вороном внес некую ясность. Оказывается, в его конторах тоже прошли проверки.
– Обложили нас, красотуля, – заключил Ворон. – Ты-то как?
– В порядке.
Собираться стали сразу, не откладывая. Марина решила все же оставить Дашу с ребенком и охранником в деревне, чтобы обезопасить и Егорку, и себя. Дарья, разумеется, всплакнула – не хотела отпускать хозяйку одну, беспокоясь за ее здоровье, но Хохол быстро прекратил «бабьи вопли», как он это назвал:
– Что ты причитаешь? Она ж не одна, я с ней!
– Да разве ж ты так-то, как я, присмотришь? – вытирая платочком глаза, возразила Даша.
– Все, я сказал! Это ненадолго, может, пару недель еще, – цыкнул Женька. – Потом вернешься и заколебаешь ее своей заботой, а пока – пацан у тебя, гляди, чтоб чего не вышло!
* * *Никаких официальных заявлений, никаких штрафных санкций по поводу проведенной проверки в «Империи удачи» не последовало. Но и извинений за причиненные неудобства Марина тоже не дождалась, да не особенно и рассчитывала, конечно.
Все это было странно, необъяснимо – с чего бы вдруг? Марина всегда старалась вести легальную часть бизнеса таким образом, чтобы не вступать в противоречие с законодательством – так научил ее покойный Мастиф. Это было вполне оправданно – к чему лишние проблемы? А так – как в рекламе: «заплатил налоги и спи спокойно». Кроме того, Марина, не афишируя этого, помогала областному детскому дому – маленькому, некогда обветшалому и совсем нищему.
