– Понимаешь теперь, почему я поехала с ним? Я же думала, что за мной приехали совсем по другой причине…
– Ты приходила тогда ко мне?
– Да, хотела посоветоваться, навести справки об этом Михаиле Семеновиче. Уж слишком большие деньги он мне дарил. Все в долларах. Я не привыкла к таким суммам. Не знала, как относиться к таким щедрым подаркам. Теперь-то я точно знаю, что бы ты мне посоветовала.
– И что же? – удивилась Юля.
– Как что? Не встречаться с ним.
– Не скажи. Мужчинами не стоит разбрасываться, тем более такими щедрыми… К тому же ведь мы так ничего и не узнали о Бахрахе. Что он за человек? Откуда у него деньги? Ведь формально он просто пенсионер, и все… Так что еще неизвестно, что бы я тебе ответила. Это сейчас, когда я знаю о шрамах, о том, что эти шрамы были необходимым атрибутом всех девушек, с которыми он встречался, мне становится понятным, что вы имели дело не с простым пенсионером, а, возможно, извращенцем, больным психически человеком или же мошенником, который использовал эти шрамы, как носители информации…
– Конечно. Ты знала Катю Уткину?
– Она тоже встречалась с Михаилом Семеновичем, а несколько дней тому назад ее зарезали в собственной квартире. Хотя официально она проживала в Москве, как и Гел…
– В Москве? Гел живет в Москве?
– Так… – Женя ничего не понимала. Глаза ее закрывались. Она была очень утомлена такой долгой беседой.
– Извини, что мы взяли тебя штурмом… Отдыхай. Я буду навещать тебя.
И Юля, думая о своем, вышла из палаты. В коридоре к ней подбежала Гел.
– Ну что, узнала что-нибудь еще?
– Ты хочешь поприсутствовать на похоронах своего благодетеля? Может, увидишь там кого?
– Даже не знаю, – сразу поостыла Гел. – А это необходимо?
– Думаю, что нам всем это будет полезно. А вдруг ты увидишь других знакомых девушек… с биржи?
– Хорошо, я согласна. А как Москва?
– После похорон полетим в Москву. Я думаю, что тебя уже ищут в «Черной лангусте»…
23. Поминальный ужин
На похоронах Михаила Семеновича Бахраха собралось человек тридцать. Юля Земцова, организовавшая и оплатившая похороны, а также поминки в студенческой столовой, расположенной неподалеку от улицы Ипподромной, где в одном из складских помещений располагалась маленькая макаронная фабрика, директором которой числился Бахрах, чувствовала себя героиней дешевого водевиля, разыгрывавшегося в большом и сонном провинциальном городе.
