Согласно этому проекту предполагалось:
1) создать при Государственном совете две подготовительных комиссии по финансовым и административным вопросам из представителей земств и городских дум, которые должны были разработать новые проекты земского и городового «Положений»;
2) ввести в состав Государственного совета 10―15 представителей земского и городского управления для рассмотрения, обсуждения и принятия этих законопроектов.
В середине февраля 1881 г. Александр II одобрил этот проект и назначил на 4 марта совместное заседание Государственного совета и Комитета министров. Однако 1 марта 1881 г. царь-реформатор был убит террористами, и Россия навсегда потеряла исторический шанс стать конституционной монархией.
Эпоха «великих реформ», начало которым положила аграрная реформа 1861 г., нашла достойное отражение в отечественной историографии. До революции наибольший вклад в изучение этой темы внесли русские историки-либералы С.С. Татищев, Г.А. Джаншиев, А.А. Корнилов, А.А. Кизиветтер и многие другие, которые оценивали их по большей части апологетически, как результат доброй воли царя-освободителя, а не как итог объективных закономерностей развития страны.
В советской историографии, напротив, стал делаться особый акцент на ограниченности этих реформ, при этом их изучение часто подгонялось под резко критические ленинские оценки. Наиболее крупные работы, созданные в тот период, принадлежали перу многих известных историков, в том числе Н.М. Дружинина, П.А. Зайончковского, Б.Л. Литвака, Л.А. Захаровой, Н.Я. Эйдельмана и Л.М. Ляшенко. В данных монографиях, насколько это было возможно в тех исторических условиях, были непредвзято изучены и оценены буржуазные (определяющие) и крепостнические (остаточные) черты «великих реформ», а в ряде работ (Б. Литвак, Н. Эдельман) рассмотрены и возможные, но так и не реализованные альтернативы.
В настоящее время оформились три основных подхода в оценке «великих реформ» и личности самого царя-реформатора:
Одни современные историки (Н. Троицкий) считают, что Александр II и его окружение внутренне оставались противниками любых реформ и вынужденно пошли на их проведение под давлением растущего недовольства народных масс и угрозы окончательной потери статуса великой державы после поражения России в Крымской войне.
Другие историки (Б. Литвак) несколько менее жестко оценивают позицию правящих кругов, однако и в их представлении Александр II выглядит человеком, помимо своей воли увлеченного потоком событий на путь реформ, которые он вынужден был проводить для сохранения самодержавного режима.
Третьи историки (Л. Захарова, В. Чернуха, Л. Ляшенко, Е.