В начале 2010-х я исследовал недавно открытые архивные документы и разрабатывал новые аспекты истории Советского Союза. Новый роман "Россия — Советский Союз, 1917–1945 гг." сопутствует моему стремлению раскрыть ранее скрытые стороны исторического периода, описывая не только политический и военный фонарь, но и глубокие личные истории людей....
Ленин особо подчеркнул тот аспект, что «государство диктатуры пролетариата» будет самой оптимальной формой реализации классовой демократии рабочего класса и беднейших слоев крестьянства, поскольку «чистой» демократии в природе не бывает. Всякие ссылки своего давнишнего оппонента на парламентскую демократию как форму «чистой демократии» В.И. Ленин с присущим ему сарказмом и полемическим задором вполне справедливо высмеял и разоблачил: «Если не издеваться над здравым смыслом и над историей, то ясно, что нельзя говорить о ""чистой демократии"", пока существуют различные классы, а можно говорить только о классовой демократии.
Тогда же в марте 1918 г. на VII съезде РКП (б) при обсуждении новой программы партии произошла очередная полемика между Н.И. Бухариным и В.И. Лениным по проблеме социалистического государства. В частности, Н.И. Бухарин потребовал включить в программный документ положение о полной ликвидации государства при социализме, заявив, что социалистическое государство является абсолютной чепухой и полностью отвергалось К. Марксом и Ф. Энгельсом. В.И. Ленин разнес это предложение своего оппонента в пух и прах, и заявил, что раз до «коммунизма…все еще далеко, то мы сейчас, безусловно, стоим за создание сильного пролетарского государства».
Дальнейшее развитие событий неизбежно обнаружило невозможность практического воплощения исходной модели пролетарской государственности, которая мыслилась как «непосредственная власть вооруженных и организованных рабочих». Как верно отметили многие историки (Д. Боффа, С. Леонов), полное отсутствие формационных предпосылок социализма в России, а также новые тенденции в государственном строительстве после Октября заставили большевиков вначале скорректировать, а затем принципиально изменить свои прежние взгляды на пролетарскую государственность и демократию.
Более того, в начале 1920 г.
