В остроумной исторической реконструкции Первой мировой войны, где смелый Ротмистр Максим заблудился во времени и очутился на полях битв 1914 года. Наступление врагов рушит все планы, но он становится командиром, который должен спасти отступающий полк. Вокруг него летят снаряды, и он не просто живет до конца боя, но и дает импульс новой обороне....
Дело оказалось усугублено еще и тем, что двое из них были расстреляны по обвинению в измене. Стыд и позор! А ведь был еще и генерал Рузский, присвоивший себе чужие успехи и получивший три «Георгия» всего за один квартал! Тем «думцам» тоже пришлось подавать в отставку…
В общем, Россию знатно встряхнуло. Может быть, не очень сильно, но в каждом, даже самом отдаленном уголке державы прокатилось громкое эхо. И вот теперь лейб-гвардии ротмистр Максим Иванович Меншиков, после всех этих потрясений, въехал в Петроград.
Торжественная встреча на вокзале. Проезд по городу на автомобилях под овации жителей. И праздничный обед в Георгиевском зале Зимнего дворца, куда были приглашены все ходячие из личного состава эскадрона. Даже агитационная группа, честно дравшаяся в Штеттине с оружием в руках.
А потом, после вкусного и сытного приема пищи, посыпались награды на нижние чины. Меншиков не стеснялся – выписывал для подчиненных максимум. Чай, его же люди, а не прохожие.
Кроме всякого рода медалей, как отечественных, так и иностранных, наградных часов, портсигаров и прочего, а также по-настоящему больших премий всех отпустили в краткосрочный отпуск для поездки домой. Никто не ушел обделенным или недостаточно осыпанным наградами. Всех и каждого отправили на ускоренные учебные курсы. Рядовых и ефрейторов – в унтер-офицерские школы, унтер-офицеров – в офицерские.
Люди были счастливы. Искренне. Их глаза просто светились.
А Маяковский? О! Этот человек, еще совсем недавно рвавшийся на поля сражений и восхвалявший в стихах людей, которых «коснулся Святой Георгий», был просто на седьмом небе. По просьбе Меншикова, Император распорядился пересмотреть прошение Владимира и зачислить его в армию рядовым. О чем того и уведомили. А потом еще и солдатский крест Святого Георгия 4-й степени повесили, произвели в ефрейторы и направили на курсы унтер-офицеров. О большем Маяковский и мечтать не мог…
Особенно было отмечено то, что на всех унтер-офицеров сделано представление к ордену Святого Георгия.
