Роуз выглянула из окна и увидела две девочки в розовых пальто, их несчастная няня в шляпке-кепке. Маленькие шаги по лужам напомнили ей о том, как важно беречь свои вещи в такой погоде. Роуз на цыпочках наблюдала за девочками, думая о том, как они не разгребают грязь под ними....
Особенно миссис Джонс нравились чрезвычайно кровавые убийства, которые в теплой и уютной кухне, где газовые лампы отражались от медных кастрюль, напоминали сказки из далеких стран.
Миссис Джонс выглянула из-за газеты:
– Еще один ребенок пропал, милая. Еще один! Не слоняйся зря по улицам, когда ходишь в магазины, Роуз. Там небезопасно. Полиция! Кучка бесхребетных кроликов. Ха! Уж не знаю, куда мир катится, уж не знаю.
Роуз обошла стол и заглянула ей через плечо.
«Таинственное исчезновение в Кенсингтоне.
Пропала девочка, полиция в замешательстве»
– Только сейчас зачесались, когда начали пропадать детишки богачей, – проворчал Билл, выливая полбанки меда себе в кашу.
– О чем это ты? – спросила Роуз. Пропавшие дети. Все больше и больше. Не только Мэйзи. Это должно быть как-то связано. В животе у нее похолодело, как будто она снова смотрела в то черное зеркало.
– Уличные дети. Они первыми стали пропадать. Но никому и дела нет, так ведь? Даже лучше, никто не спит в дверях магазинов.
– Ерунда! Перестань пугать Роуз. Не может пропасть так много, полиция бы знала.
Но Роуз показалось, что она встревожена – словно она хотела бы верить в то, что говорила, но не получалось.
Чуть позже Роуз удалось прочитать эту статью, когда она обнаружила газету оставленной на столе, но в ней не было ничего полезного – только душераздирающий рассказ о родителях пропавшей девочки, которые предлагали щедрое вознаграждение за возвращение дочери.
"Неужели это как-то связано с исчезновением Мэйзи? Не может же это быть совпадением? Она посмеялась про себя, когда миссис Джонс дала ей тот мешочек с травами, а надо было отнестись к этому посерьезнее. Столько детей. Зачем кому-то их похищать? Роуз поежилась. Фредди прав. Нужно пробраться в приют сегодня же, без промедлений, во что бы то ни стало.
Если, конечно, они еще живы.
* * *– Да ты шутишь… – сердито прошептала Роуз.
– Нет, не шучу! А ты как думала, мы прошествуем к парадной двери и откроем все задвижки посреди ночи? Может, еще помашем констеблю, когда будем спускаться по ступенькам? – Фредди стоял у открытого окна, скрестив руки на груди; его черные глаза нетерпеливо сверкали.
