К выбору туалета Нариз отнеслась особенно ответственно – долго перебирала платья, прикидывая то одно, то другое у огромного овального зеркала. Ей нужно было выглядеть юной, хрупкой и беспомощной, чтобы вызывать у людей сострадание и желание помочь."
"В конце концов она остановилась на прелестном туалете цвета морской волны, отделанном белоснежной пеной кружев. Теперь нужен завершающий штрих – украшения. Отправив горничную, Нариз открыла потайной шкафчик в стене и, вывалив всю кучу побрякушек на поднос, скептически оглядела богатства...
«Да уж… Такое количество – а выбрать-то и нечего! Пожалуй, к этому платью подошел бы жемчуг, но вот как раз его-то у меня и нет».
Украшения поражали роскошью, но при этом были массивны, грубоваты, и совсем не подходили образу юной девушки. Она крутилась перед зеркалом, прикладывая к себе то ожерелье, то серьги, и понимала, что все это категорически не подходит. Наконец, Нариз сообразила, позвонила в колокольчик и попросила у прибежавшей Катиш шкатулку с нитками и иголками.
Среди кучи золота она нашла серьги с яркими, чистыми аквамаринами. У них был только один недостаток – слишком крупные. Но если использовать их не как серьги…
Из клочка черного бархата Нариз вырезала два прямоугольника и быстро на «живую» нитку сметала. Прикинула, как это будет смотреться и удовлетворенно кивнула головой – в зеркале отражалась юная красавица-брюнетка, с аккуратно убранными в золотую сетку волосами, элегантной черной бархаткой на шее и таким же бархатным браслетиком на руке.
С левой стороны бархатки, чтобы скрыть стык ткани, была приколота массивная золотая сережка с пятью изумительно бирюзовыми аквамаринами и бриллиантовой капелькой в центре. На бархатке она смотрелась, как небольшая изящная брошь. Такая же брошь украшала средней ширины черный браслет. Получилось неожиданно хорошо, а главное – совершенно необычно – в этом мире Нариз ни разу не видела бархаток на женщинах.
Накинув теплый светло-серый плащ, она вышла во двор дожидаться своего спутника – слишком тяжело давалось ожидание, лучше немного походить по двору.
Ридган Леон заехал за Нариз в большой богатой карете с тяжеленными позолоченными гербами на дверцах. Чуть поморщился, глядя на скромный экипаж фаранда Миронга и, несколько неуверенно, предложил:
-- Фаранда Нариз, являться в такой во дворец, мне кажется, не стоит. Может быть, вы рискнете воспользоваться моим экипажем? – и торопливо добавил. -- Разумеется, там найдется место и для вашей компаньонки.
Нариз заколебалась – она понимала, что это не снобистские претензии самого ридгана, а, скорее всего, будет выглядеть так, как если бы кто-то на старой «Оке» выехал на московскую Красную площадь.