Осиен, словно существо из антуража Эллады или Греции средних веков, дышит свежестью и магией тени скрывающейся за полумраком деревьев. Здесь ветви стекаются так плотно, что создают едва заметное прикрытие от ярких лучей солнца, а волна зелени вокруг накрывается густым и таинственным одеянием....
Если бы не то небольшое предварительное рассуждение о мифах, у него бы сейчас ушла почва из-под ног… А в следующее мгновение он внезапно понял, что щуплый иномирянин нарочно затронул тему мифов, их восприятия и возможных вариантов действий при их разрушении, чтобы подготовить его, Беном, всеми признанного величайшего ученого Киолы, обладателя одного из самых могущественных интеллектов планеты, к этой минуте… и к тому, что последует за ней.
– Я… – ученый запнулся, почувствовав, что его голос слегка дрогнул, – я должен обдумать все, что вы предлагаете.
Четверо иномирян одновременно встали (причем Беноль не заметил и намека на то, что кто-то из них подал остальным какой-либо сигнал) и поклонились хозяину иуэлы. Алый в свою очередь поднялся и тоже поклонился гостям."
"– Гостевые апартаменты в том крыле, – сдержанно произнес он и, еще раз поклонившись, вышел из Сада…
– А не кажется ли вам, – спустя некоторое время нарушил молчание, установившееся после ухода хозяина, майор Скорцени, – что он намерен натравить на нас своего многоголового дракона, обездвижить нас и засунуть в какую-нибудь далекую-предалекую дыру?
– Зачем? – удивился Банг.
– Чтобы мы не разрушили до основания привычную ему картину мира и набор ценностей, – тихо пояснил адмирал.
Американец наморщил лоб, почесал затылок, а потом признался:
– Не понял.
– Ну, до встречи с нами жизнь Беноля была вполне себе понятной и довольно простой. Хотя, конечно, более интересной, чем у обычного Деятельного Разумного Киолы.
– То есть как если бы то, что раньше считалось преступлением, по решению Конгресса вдруг перестало быть таковым? – уточнил Банг.
– Да, только хуже, – кивнул Иван. – Законы-то – тьфу, их переписать – раз плюнуть! А вот когда все мировоззрение поменялось, ну вроде как у нас в семнадцатом, вот это, брат, я тебе скажу, ломка была. Столько людей к стенке поставить пришлось…
Ямамото кивнул.
