Философский военный роман о переломных моментах в истории цивилизации. Автор исследует природу насилия и возможность мира между врагами через судьбы героев, чьи решения способны изменить ход событий. Глубокий анализ морали и ответственности в условиях войны.
Раздел Chitat.online для книги «Рождение» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Философский военный роман о переломных моментах в истории цивилизации. Автор исследует природу насилия и возможность мира между врагами через судьбы героев, чьи решения способны изменить ход событий. Глубокий анализ морали и ответственности в условиях войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Философский военный роман о переломных моментах в истории цивилизации. Автор исследует природу насилия и возможность мира между врагами через судьбы героев, чьи решения способны изменить ход событий. Глубокий анализ морали и ответственности в условиях войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Но это был разрыв шестнадцати – точно тебе говорю…
Разгореться спор так и не успел, потому что откуда-то издали донеслось: – Приготовиться!..
Банг досадливо поморщился: залп корабельных орудий почти никак не отразился на частоте, с которой джапанские пулеметы молотили по их батальону. Похоже, корабли обрабатывали какие-то цели в тылу у желтожопых. Но им-то от этого какой прок? Впрочем, может, оно и к лучшему. Большие парни привыкли стрелять по целям размером с линкор, так что если один из их «чемоданов» прилетит на сорок ярдов ближе, чем расположены пулеметы «макак», то это для больших парней будет считаться точным попаданием. А вот батальону в этом случае очень не поздоровится. Так что пусть лупят куда-нибудь подальше в тыл жел-тожопым. Целее будем…
Впрочем, как выяснилось, совсем без поддержки их не оставили. Спустя минуту со стороны пляжа, на котором расположились морпехи из 2-й дивизии, донеслись завывания минометов. Банг расплылся в довольной улыбке. Вот это уже лучше…
Следующие полторы мили батальон преодолел довольно легко. После подавления пулеметов джапов батальон сбил неполную роту «макак», занимавшую почти не оборудованные позиции, и двинулся вперед под аккомпанемент залпов корабельных орудий… чтобы ровно через полторы мили наткнуться уже на оборудованный японский опорный пункт.
Первые очереди японского пулеметчика прозвучали внезапно, но оказались убийственно точны. Шедшее впереди отделение роты «Альфа» будто корова языком слизнула. Банг и Сэм успели рухнуть на землю и торопливо отползти в сторону, пока джапанская «мясорубка», установленная в умело оборудованном скальном доте, поливала огнем залегших «джиай».
– Вот черт, – выругался Сэм, оглядывая свое отделение, – Пита зацепила. Чертовы джапы, как ловко установили свою «мясорубку». Не подобраться и минометами не накрыть.
Банг никак не ответил на тираду приятеля. А что тут скажешь – все так и есть! Японский пулемет можно было достать только прямой наводкой. Но когда еще сюда дотащат на руках через джунгли хоть какое-нибудь орудие? По всему выходило: они тут застряли надолго.
– Хоть бы Господь разорвал эту макаку! – в сердцах выругался Сэм. – Ну или ты, Джо, устроил бы ему какой-нибудь Большой Банг!
И тут, перекрывая грохот джаловского пулемета, послышался знакомый рев штаб-сержанта Каллахена:
– Эй, Банг, майор зовет!
Мастер-сержант криво усмехнулся:
– Не знаю как Господь, а майор Бабберидж твои слова услышал, Сэм. – После чего подполз к самому краю валуна и замер, ожидая момента, когда у японского пулеметчика закончится лента и он займется ее сменой.
Майор Бабберидж лежал за стволом кокосовой пальмы, срезанным под корень близким разрывом крупнокалиберного орудия, и смотрел в бинокль на японские позиции.
