Осиен, словно существо из антуража Эллады или Греции средних веков, дышит свежестью и магией тени скрывающейся за полумраком деревьев. Здесь ветви стекаются так плотно, что создают едва заметное прикрытие от ярких лучей солнца, а волна зелени вокруг накрывается густым и таинственным одеянием....
– Ах, они такие душки! – с восторженным придыханием простонала одна из приятельниц Темлина.
Представление действительно оказалось великолепным. Уже через несколько минут после начала Ликоэль начисто забыл обо всех своих переживаниях, завороженно глядя в чашу амфитеатра, где разворачивалось феерическое действо. Трибуны стонали и плакали, и верхняя терраса отнюдь не была исключением. Уже в середине представления, когда по ним прошелся первый вал воздушных вихрей и разноцветных дымов, после которого Ликоэль почувствовал на губах и языке соленый привкус моря, на его глаза навернулись слезы.
– А ведь у них и правда может получиться, адмирал! Меня так вообще пробрало до печенок…
Ликоэль быстро обернулся. На террасе, чуть выше, рядышком сидели трое инструкторов и еще двое: невысокий щуплый мужчина с интересным, довольно узким разрезом глаз (мастер вспомнил его – четвертый ассистент в иуэле Беноля), и миловидная миниатюрная женщина.
– О, Ликоэль, привет! – взмахнул рукой старший лейтенант Воробьев.
И в этот момент заваленный ворохом бурных, но во многом мусорных эмоций руигат окончательно проснулся и, встряхнувшись после долгого сна, посмотрел на мир глазами мастера.
– Отлично, инструктор, – улыбнулся Ликоэль. – Рад вас видеть.
– Я тоже, – добродушно хохотнул Иван и, толкнув локтем соседа, сказал: – Вот тебе и ответ, Банг. Пока смотришь – пробирает.
