Сколько людей нужно, чтобы изменить судьбу целой цивилизации?Что такое насилие – пережиток темного прошлого или важный ресурс, без которого человечеству не обойтись?Могут ли смертельные враги, воины отчаянно сражающихся армий, перестать быть врагами?Есть ли среди этих вопросов хоть один, который волнует и вас?Если есть – читайте первую книгу нового фантастического цикла Романа Злотникова «Руигат»....
– Он одним движением руки развернул нижнюю часть конструкции назад, превратив ее в довольно удобный, хотя и слегка укороченный – по сравнению, скажем, с винтовочным – приклад.
– Это уже нечто вроде автоматического карабина.
– Ага, видел такие. Штурмгеверы.
– Ну… значит, штурмгеверы. Останавливающее действие малёхо помельче, процентов на десять-пятнадцать. Но зато, так сказать, бронепробиваемость выше раза в три. И дальность поражения тоже. Ну и прикладистость куда лучше. Хотя расход энергии выше раза в два с половиной.
Скорцени наморщил лоб:
– А тяжелая – это как?
Русский ухмыльнулся:
– Ну… по моему разумению, «тигру» – кранты. Но какие будут защитные системы у тех уродов – мы не знаем. И кстати, имеется возможность использования парализующего заряда. Правда, не слишком далеко. В варианте снайперки всего где-то метров на триста добивает, а в виде пистолета-пулемета – вообще метров на двадцать-тридцать.
– А пулеметы?
– А зачем тебе с этим еще и пулеметы-то?
Скорцени озадаченно потерся ухом о плечо.
– Так ведь обсуждали же…
Русский молча зашелестел листками распечаток. В нынешнем лагере, как и на острове, действовали подавители, так что никакие электронные устройства здесь не могли работать по определению. Ну, кроме таких вот предельно защищенных, как оружие. Впрочем, защита электронных блоков на оружии нужна была еще и для того, чтобы его нельзя было засечь.
– Ага, – понимающе хмыкнул Иван и сунул руку во вскрытый контейнер.
Немец уставился на получившийся агрегат:
– И сколько он весит?
– Этот… – русский взвесил конструкцию на руке, – да килограмма три будет. Ну да тут же отдачи нет, так что малый вес только в тему.
