В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Что ж, напрашиваться она не будет! Если учесть их ритм жизни, то они навряд ли когда-нибудь ещё пересекутся!
Майя чувствовала, что из-за переживаний ослабла, и пришлось воспользоваться услугами «донора». Это было пять дней назад. Сейчас история повторилась. Почему у неё идет кровь из колена? Рано она ослабла, рано!
Это ей не понравилось. Может быть, в её организм попал вирус, о котором вампиры не знали?
Она покачала головой. Н-да, что-то её дела становились совсем плохими….
Майя свернула за небольшой поворот и нахмурилась.
Около её дома стояла дорогая машина.
Кто к ней мог пожаловать? В гости она никого не приглашала. По последним событиям знала, что непрошенные гости — хуже некуда.
Майя чуть уменьшила шаг. Настороженно прислушалась и принюхалась. Удивительное дело, но никакого запаха она не почувствовала! Совсем!
Такого не может быть!
Кто бы к ней не пожаловал — человек, вампир или дрампир, он должен был оставить за собой след! Вампиры по запаху могут определить, кто перед ними сейчас появится, или кто находился некоторое время назад в комнате.
По телу девушки прошёлся холодок. Если к ней пожаловал враг — ей от него не скрыться. Поэтому она собрала волю в кулак и, стараясь придать лицу спокойное выражение, дальше последовала к дому. В конце концов, её дом — её крепость.
Велосипед она оставила около ворот. Её сердце трепыхалось, как у пойманной птахи. Но она твердо ступила на порог крыльца, дальше вошла в холл.
Дверь оказалась открытой, а Майя точно помнила, что закрывала её.
— Кто тут? — крикнула девушка.
Она не собиралась прятаться или избегать встречи. Тот, кто к ней приехал, не счел нужным скрываться. И ей не имело смысла.
— Я.
Майя вздрогнула и едва не подпрыгнула, когда услышала хрипловатый мужской голос.
Насколько позволила ей нога, она резко развернулась и натолкнулась на ироничный взгляд.
В её любимом кресле вольготно развалился Борис Сандровский.
Когда Майя увидела его, её охватили самые разнообразные чувства. От удивления и радости до злости и гнева. Она сжала небольшие кулачки с такой силой, что ноготки впились в нежную кожу ладоней.
— Что, черт возьми, ты тут делаешь? — выдохнула она. С одной стороны, напряжение от неизвестности отпустило её.
