В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Главным было вытащить меня, — когда он говорил про братьев, его голос теплел, и морщинки на короткие мгновения разглаживались. — Я поступил точно так же. Это естественно. Мы — семья. Но вот потом…, - он выдержал эффектную паузу. — Потом уже я открыл охоту на Нанин. Решив связаться со мной, она не рассчитала силы. На неё была открыта травля. Было задействовано огромное количество вампиров, наняты лучшие ищейки. Все искали её. Она оказалась умна и живуча. Затаилась на многие десятилетия. Мы не могли взять даже её запах.
— А она объявилась в облике стригоя, — продолжила мысль Майя, пораженная его рассказом. Сейчас она не желала думать о тех мучениях, что он перенес. После его откровения многие вещи встали на свои места. Теперь она, по крайней мере, могла смутно понять его действия и поступки.
— Да, меньше месяца назад. То есть ей надоело скрываться от меня. Напротив, она вышла на охоту.
При мысли, что он скоро доберется до Нанин, кровь вскипела, и он едва не видел, как порвет её на мелкие кусочки.
— Стала искать встречи с тобой?
Борис сделал ещё один глоток кофе.
— Возможно. Она поняла, что я не дам ей житья. Или она, или я. Нам двоим не ходить по земле. Каким образом она стала стригоем, и, как я понял, не простым стригоем — ещё предстоит узнать.
Теперь и Майя, чтобы скрыть растерянность, охватившую её после рассказа, сделала несколько больших глотков кофе, правда, вкуса она всё равно не почувствовала.
Зато ей в голову пришла мысль, которая заставила её резко выпрямиться.
— Борис…, - начала она охрипшим от волнения голосом, пришлось прокашляться и лишь потом продолжить. — Я ценю то, что ты мне поведал. Твоя история с Нанин…впечатляет. Но я всё равно не вижу связи между ней и мною."
"— Не видишь?
Она покачала головой.
— Нет.
— Майя, неужели ты на самом деле столь наивна?
— Сандровский…
— Хорошо, хорошо, я понял тебя, насмешки оставляю на потом.
— Будь любезен. И, наконец, скажи, почему Нанин должна начать охоту на меня?
Прежде чем ответить, Борис помолчал секунд пятнадцать.
— Майя, неужели ты думаешь, что я каждую девушку привожу к себе на квартиру? Эта квартира — моё убежище. Моя личная территория. Ты первая женщина, побывавшая в ней.
Вот и всё.
Борис произнёс то, о чем даже боялся подумать. Тяжело признавать, что ты становишься зависимым от кого-то. А то, что Майя стала его наркотиком, он больше не сомневался.
