В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Он тем временем ещё раз проделал скользящее движение вперед и назад по эрегированному члену.
А потом…
— Не хочешь ко мне присоединиться?
Его слова прозвучали оглушающее.
Майя даже не сразу поняла, что её разоблачили, и что Борис понял, что она самым бессовестным образом подсматривает за ним.
А когда поняла….
Девушка зажала рот рукой, вся кровь отхлынула от её лица. Какой стыд! Какой кошмар! Её поймали на месте преступления! И кто? Борис! Да он же теперь будет над ней глумиться с поводом и без! Ооооо….
— Майя, трусишка, я чувствую, что ты возбуждена…
Борис говорил, не поворачивая голову в её сторону.
Он с самого начала знал, что Майя подглядывает за ним. Он почувствовал, как она проснулась, и расслышал, как она беззвучно ступает по ковру. Первым его порывом было захлопнуть дверку душевой кабины, не искушать судьбу и себя в частности. Потом он передумал.
Почему бы и нет?
В конце концов, в последние дни он вел себя примерно, чувствовал, правда, себя при этом последним идиотом, но так было надо.
И вот, наконец, он получил небольшое вознаграждение за своё терпение!
Пряный запах возбуждения Майи смешался с её природным мускусным! Он ликовал! Как бы девчонка не ерохорилась, как бы не отталкивала его и не загибала к верху очаровательный носик, она его хотела! Теперь он это знал точно!
Он специально устроил небольшое представление для Майи. Как только она начала за ним подглядывать, он возбудился. Даже холодная вода, под которой он стоял, не способна была его охладить.
Майя пискнула, и, сгорая от стыда, едва не бегом, как позволяла ей хромота, ринулась к постели. Какое присоединиться? Она теперь ему на глаза не сможет показаться! Он же достанет её насмешками.
Вот она влипла…
Вслед ей раздался смех мужчины и его повторное:
— Трусишка…
Сначала Борис хотел отказаться.
Они с Велестом находились в кафе, ждали представителей ещё нескольких московских кланов, чтобы подробнее обсудить патрулирование города, когда брату позвонила Лана.
— Хорошо.
После чего нажал на отбой.
Борис лениво поинтересовался:
— Семейная жизнь?
— Иронизировать не советую, Борис. Наши женщины завтра собираются на прогулку по городу….
— Нет! — сразу же оборвал его Борис.
Тот, как ни в чем не бывало, продолжил:
— …и просят выделить им охрану.
