В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Если же и заводят, то применяют способ, названный у людей, как ЭКО. Детей вынашивают, в основном, дрампирки.
Но Борису были известны случаи, когда и жены беременели от своих мужчин. Между супругами существовала крепкая связь, которую иронично принято было называть в их обществе любовью.
Наглядный тому пример — Велест с Ланой. И их скорая беременность.
А интересно, как отреагировал бы Борис, узнав, что Майя беременна?
И ещё один вопрос. Почему он, который давно отвык сдерживать чувства и эмоции, с ней становится всё более осторожным? Боится оттолкнуть от себя?
Потерять?
— Борис, ау, ты где!
Голос Ланы ворвался в его сознание.
— Тут я, тут, уже вернулся в целости и сохранности.
— Это радует и обнадеживает. Может, всё-таки в клинику нас отвезешь? Мне тоже надо с Артуром переговорить.
— Конечно, дамы, всегда к вашим услугам, — спаясничал Борис и для пущей картинности продемонстрировал клыки.
Между тем, он почти незаметно, ненавязчиво оказался рядом с Майей, и предложил ей свою руку.
— Привыкай ходить без трости, — уже тише добавил он.
Майя ничего не сказала, лишь приняла его руку.
В машине, по мере приближения к клинике, Майю начала охватывать тревога. Не совершает ли она ошибку? Может быть, её решение было скоропостижным?
Борис сразу же почувствовал изменения, произошедшие с девушкой. Она сидела рядом с ним на заднем сиденье, и запах, в котором примешался страх, коснулся его обоняния.
— Майя, чего ты боишься? — негромко спросил он.
Майе стало стыдно. Ей не хотелось, чтобы кто-то знал о её сомнениях. Она привыкла жить одна и принимать решения самостоятельно, и ей было не привычно, что кто-то пытается проявить заботу о ней. Если разобраться, в сознательной жизни не было случая, когда близкие ей люди, она имела в виду свою семью, хоть раз позаботились о ней.
— Не люблю врачей, — честно призналась она.
— Так вампиры и не ходят по врачам!
— Всё равно не люблю.
Борис чуть придвинулся к ней, и теперь его плечо касалось плеча девушки.
— Хочешь, во время осмотра и операции я буду рядом? — он выпалил этот вопрос на одном дыхании, после чего и вовсе перестал дышать.
Для него ответ Майи сейчас приравнивался к одному — оттолкнет или даст шанс доказать, что он не циничная сволочь.
Майя, сглотнула подступивший к горлу ком, и, стараясь не замечать, как бешено заколотилось сердце, нащупала на сиденье руку Бориса и чуть сжала её.
— Хочу.
