В дрожащем мраке камеры заключенного Бориса Сандровского, когда последняя надежда иссякла, внезапно раздался стук ключей. В этом пленнике читалось отчаяние и предательство - он готов был на все, лишь бы бросить вызов своему заключению. Однако к чему-то неожиданному он был уже готов....
Может быть, с ней произошли изменения, стоило попробовать вампирской крови? Она стала от неё зависимой? Тогда её ждали серьезные неприятности. Кто согласится стать её постоянным донором из вампиров?
О Борисе Майя старалась не думать.
— Ещё, — хрипло выдохнула она. — Ещё пить!…
Медсестра ушла за ещё одной порцией, и в палате появился улыбающейся Борис.
— С возвращением! Как самочувствие у моего воробушка?
Видеть довольного Бориса отчего-то было больно. Он был таким довольным, таким цветущим, таким…вкусным.
— Паршивое, — честно ответила девушка, не смотря на мужчину.
— Что у тебя болит? — тотчас встревожился Борис и оказался рядом с кроватью Майи.
— Ничего. Я…пить хочу. Сильно, — призналась она, и вцепилась пальцами в матрас. У неё было чувство, что у неё начинается ломка, как у вампиров, которые часто употребляли красный порошок.
— Тебе приносили кровь? — нахмурился Борис.
— Да. Я хочу ещё.
— Я улажу этот вопрос.
Майя в глубине души надеялась, что он снова предложит свои услуги в качестве кормильца, а он пообещал уладить этот вопрос! Она облизнула потрескавшиеся губы и не нашла ничего умнее, как сказать:
— Борис, я хотела бы побыть одна.
— Конечно, — согласился мужчина, но его глаза подозрительно сузились.
Почему у него возникло чувство, что Майя не хочет его видеть?
Дальше было ещё хуже.
Майя попросила уйти его и на следующий день. Борис, матерясь и поминая всех чертей, закрыл за собой дверь. Что произошло с девчонкой? Вместо того, чтобы идти на поправку она бледнеет и не желает его видеть! Это его не устраивает! Более того, он хотел быть рядом с ней круглосуточно, а она морщилась, стоило ему переступить порог палаты! Если она думала, что он не замечает её реакции, то сильно ошибалась.
Борис, помня, как она робела перед операцией, решил набраться терпения.
Терпения хватило ещё на один день."
"Когда Майя и на второй день после операции сказала, что от слабости не может с ним разговаривать, он ушёл, на этот раз очень громко хлопнув дверью.
Сегодня она металась на кровати, голодная, обессиленная, злая и то и дело поглядывала на дверь. Борис обычно приходил утром, сейчас часы показывали двенадцать часов. И где он был? Почему не шёл к ней? Майя не знала, что скажет ему сегодня, зачем ждет, если один его запах причиняет ей боль, вызывая нестерпимую жажду.
Но увидеть Бориса было ей необходимо.
