Лана открыл дверь — и сразу почувствовала холодный сквозняк в квартире. Её сердце забилось быстрее: всё было не так, как казалось обычным днем. Но ещё рано паниковать — усталость её подкашивала. Новый образ туфель давал новые ощущения, и она проверяла все коммуникации с осторожностью, словно прислушиваясь к голосу разума в сердце ночи....
Похоже, «Рождённая в ночи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не спрашивай с каким — не знаю и знать не желаю. Скажу лишь, что когда Зидан упомянул об оракуле, Ибрагим ощутимо напрягся. И вмешался в разговор.
— В голове не укладывается…Воины….Оракулы…Черт, хотя бы разок напиться в обществе этих самых Воинов. А то говорят про них много, а видели их единицы, и те не распространяются. И что сказал Ибрагим?
— Он подтвердил информацию, что месяц назад был смертельно ранен один из Воинов, не прошло и недели, как он скончался, и его прах развеяли над Каспием. А Воинов в союзе обязательно должно быть три.
— Так, мне срочно надо ещё выпить, — решил Велест и потянулся за бутылкой. — Тебе налить?
— Пожалуй, плесни.
— Брат, ты хреново выглядишь.
— Я же тебе сказал, что устал. Рвану через пару деньков на Байкал. Надоело всё.
— Правильно. Один или кого-то возьмешь в компанию?
На лице Игоря промелькнула тень сомнения, но он оставил вопрос брата без ответа.
— Ты долго разливаешь.
Когда они выпили, Игорь продолжил:
— Ибрагим говорил не долго, но веско. Послание к демонам сводилось к тому, что если они не желают иметь дело лично с ним, то союз с стригоями придется разорвать.
Рука Велеста с пустым стаканом замерла в воздухе.
— Мать вашу! — снова выругался он. — То есть кто-то из нас Воин?!
Игорь приглушенно засмеялся, и его смех был не веселым.
— Я не чувствую в себе ни каких сверхъестественных для вампира способностей.
— Я не против хорошей драки, но, если есть достойный повод. Тогда остается Борис. Думаешь, он?
Игорь сделал не определенное лицо, но они оба подумали о том, что именно Борис среди них отличался особой кровожадностью. И лишь немногие знали, что на это были веские причины. Когда-то очень давно его подло предали, предал именно близкий, почти родной человек, и Борису пришлось провести в плену почти столетие.
Он опасался.
И на то были основания.
— Ты ему сообщил эту информацию?
— Пока нет. Думаю, что такая надобность не понадобиться.
