Лана открыл дверь — и сразу почувствовала холодный сквозняк в квартире. Её сердце забилось быстрее: всё было не так, как казалось обычным днем. Но ещё рано паниковать — усталость её подкашивала. Новый образ туфель давал новые ощущения, и она проверяла все коммуникации с осторожностью, словно прислушиваясь к голосу разума в сердце ночи....
Похоже, «Рождённая в ночи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Велеста едва не сбил с ног отчаянный крик Ланы: «Велест!».
Она кричала мысленно.
В голове.
Но кричала.
Её отчаяние столь стремительно ворвалось в его сознание, что он сначала не понял, что произошло. А потом рванул в спальню.
Борис! Он убьет его! Этот засранец дождался, когда Велест покинет комнату, а сам направился к девушке….
Если он хоть пальцем прикоснулся к ней…
У Велеста не было иллюзий насчет младшего брата. Тот мог пойти против каждого из них. Для него не существовало преград. Если он чего-то желал, то брал.
Моя.
Это слово снова обожгло разум. И въелось в него, как клеймо. От одной мысли, что она сейчас может сопротивляться жестким приставаниям Бориса, он зарычал. Никто не смеет к ней прикасаться! А тем более, причинять боль и вселять страх!
Велест ударом ноги распахнул дверь.
— Не сметь! — его грозный рык сотряс стены.
Лана прижималась к двери, ведущей в ванную. Рядом с ней, почти касаясь своими могучими бедрами, стоял Борис.
Велесту хватило одного взгляда, чтобы понять, что он во время.
И мгновения, чтобы оказаться рядом с ними.
— Отойди от неё, — в его голосе сквозила едва сдерживаемая ярость. Если бы он не знал, что ещё сильнее напугает Лану, то вцепился бы в Бориса, и тот уже летел бы через всю комнату.
Они часто вместе тренировались в тренажерном зале, и не уступали друг другу в физической подготовке.
Борис, продолжая ухмыляться, отчего его шрам и татуировки на лице заиграли, поднял примирительно руки к верху и отошёл от Ланы. У той подкосились ноги, и чтобы не упасть, она вцепилась в дверной косяк.
Велест, не мигая, наблюдал за Борисом. Кому, как не ему, знать, как может быть опасен капитулирующий брат.
— Всё, всё! Отхожу! Не смотри на меня убийственным взглядом! Не трогал я твоего воробушка! Мы просто мило побеседовали.
— Тебе не стоило заходить в комнату, — все тем же предупреждающим голосом, сказал Велест.
— С каких пор я не могу свободно зайти в комнату брата? Это что-то новое.
Их взгляды скрестились. Воздух в комнате наэлектризовался до такой степени, что, казалось, рубани его, послышится скрежет металла.
И всему причиной была Лана.
— С тех пор, как она тут.
— Понял, к чему кипятиться? Велест, остынь.
