Автор
Танюшенька заверила знакомых, что придет на ужин, обещая присоединиться к ним за столом перед первой звездой. Однако внезапно проскакивает слух о том, что любимый Рождественский кролик не появится. Все начинают волноваться, и Лапуля особенно обеспокоена.
Не так давно она со слезами в голосе рассказывала про «милых красных птичек, которые покинули ее навсегда». В процессе длительной беседы я выяснила, что под «птичками» имелись в виду бежевые сапожки из замши, которые испортились после того, как Лапа наступила в глубокую лужу. Вы спросите: если обувь под кодовым названием «птички» имела цвет кофе с молоком, то почему ранее речь шла о красном оттенке? Я же вас уже предупреждала, не надо задавать глупых вопросов!
– Таня, чем ты занята? – спросил Антон.
– Планирую, как провести выходной, – отрапортовала я.
– Хорошее занятие, – заметил шеф, – можешь продумывать план по дороге на место происшествия. Записывай адрес.
Поняв, что день безделья отменяется, я нажала на кнопку, активирующую диктофон. Если служишь в бригаде, которая занимается особо сложными преступлениями, не стоит удивляться тому, что тебя выдернут из-за стола тридцать первого декабря в двадцать три сорок пять и велят срочно приниматься за работу.
– Там кража, – ввел меня в курс дела Антон.
Я изумилась: что же утащили, если к делу подключили сотрудников Котова? Звезду с башни Кремля? Останкинский телецентр? Ракету «Булава»?
– Вскрыли замок, – продолжал босс, – унесли не очень дорогие украшения хозяйки и заначку.
– С каких пор мы занимаемся мелкими воришками? – удивилась я.
– Фамилия пострадавших Беркутовы, Галина и Родион, – пояснил Антон.
– Черт возьми, – ахнула я, – уже несусь.
Родион Беркутов – наш новый коллега, он не так давно начал работать в одном подразделении с Коробковым. Вполне вероятно, что в дом к Беркутову влез не простой грабитель.
– С наступающим праздничком, – мрачно сказал Родион, увидев меня на пороге.
– И тебя тоже, – осторожно ответила я, – много пропало?
– Золотые сережки, пара колечек, цепочка с кулоном, – перечислял Родя, – еще три тысячи евро, я хотел оплатить путевку, туроператор попросил наличные.
– Ювелирка дорогая? – спросила я, вынимая из кармана куртки бахилы.
– Ерундовая, – ответил Родион.
– Не смей так говорить! – заорала растрепанная блондинка, выскакивая в прихожую.
