Остальные вампиры, все еще находившиеся на стороне Санасрота, с визгом и воем рухнули в быстро движущееся течение и исчезли из виду.
По всей реке, вверх и вниз по течению, лед треснул, и переправа стала невозможной. Другими словами, мы были в безопасности.
Среди ивелийских фей раздались одобрительные возгласы, непристойные и полные презрения. Сколько раз они стояли на этом берегу и отправляли зверей Малкольма обратно в Аммонтрайет с поджатыми гниющими хвостами?
— Берег! Смотрите на берег! — Этот крик был полон ужаса. Он заставил меня прервать мои размышления. Кингфишер развернулся лицом к лагерю, его лицо было бледным, как снег, ртуть в его глазах переливалась, когда он осматривал берег реки в поисках причины тревоги.
Но теперь я тоже видела. Среди ледяных камней и взбаламученной грязи что-то выползало из реки. И зубы у него были острые, как лезвия бритвы.
— Иди. Я останусь с ней, — сказал Рен Фишеру.
— Сейчас ты сдержишь свое обещание и будешь ждать меня здесь, Оша, — сказал Фишер. В мгновение ока он превратился в нечто дикое. Его кожа излучала жуткое бледное сияние, а темные волосы развевал невидимый ветер. Он никогда не казался мне человеком, но сейчас, балансируя на краю опасности, он был абсолютным воином фей.
— Я буду здесь. Обещаю. — Раскат грома заглушил мои слова, но Фишер кивнул, его взгляд задержался на мне на полсекунды, а потом он исчез.
— Их больше! Еще переправа! — крикнула женщина-воин.
Вампиры, оставшиеся на берегу, теперь скользили по грязному снегу и падали в реку. Я наблюдала, как их уносило течением по двое и по трое, они слепо цеплялись друг за друга, пытаясь добраться до другого берега. Но были и те, кто исчезал под поверхностью воды и больше не появлялся. Я с ужасом наблюдала, как все больше и больше вампиров начинают выползать из воды.
— Приготовьтесь, — жестко сказал Рен. — Давайте встретим этих ублюдков сталью.
Старик подоспел следующим, хотя и не так быстро. После магии Фишера он был в тяжелом состоянии и едва мог бежать, когда направлялся к нам. Рен развернулся, махнул мечом и отрубил скрюченную руку, которой старик пытался его ударить. Пока тот падал, Рен со свистом рассек своим клинком воздух и снес ему голову.
Из Дарна поднялось еще больше тел. Гораздо больше, чем те двадцать, что упали в него, когда лед проломился. Это не имело смысла. Рен рубил их так же быстро, как они появлялись из воды, но вскоре их стало слишком много, чтобы он мог справиться с ними в одиночку.