Легкий мускусный запах его пота не был неприятен. На самом деле, он пах сладко и пьяняще и разжигал непонятный огонь в глубине моего живота. Мне хотелось прильнуть к нему и глубоко вдохнуть. Потребность в этом была настолько непреодолимой, что я почти сделала это. Боги, я…
— Что-нибудь? — Голос Кингфишера был хриплым, как дым.
Я чуть не выпрыгнула из своей проклятой богом кожи.
— Ух! О, нет. Пока нет. Я… э-э-э… я думаю.
— Что ты знаешь об анатомии фей, Оша? — прошептал он.
Я так сосредоточилась на кулоне, что у меня все поплыло перед глазами. Но я не смела моргнуть. Я определенно не была достаточно храброй, чтобы поднять глаза и встретиться с ним взглядом. Конечно, я знала, что он смотрит на меня. Я могла бы почувствовать этот свирепый взгляд даже сквозь стену из песчаника.
— Не так уж много, — сказала я, прожигая глазами дыру в кулоне. — Ваш вид очень похож на людей. Полагаю, многое работает так же.
Я ждала насмешливой колкости. Резкого, презрительного ответа. Реакция Кингфишера на то, что его сравнили с человеком, не сулила ничего хорошего. На удивление, она оказалась не такой, как я ожидала.
— На поверхностном уровне — да, — мягко сказал он. — У нас схожие внутренние органы, хотя у нас есть несколько, которых нет у людей.
Дополнительные внутренние органы? Это было интригующе.
— Мы больше. И выше, конечно, — продолжил он.
Я выгнула бровь, услышав это «конечно».
— Наши сердца больше.
Я ничего не могла с собой поделать. Я подняла глаза.
— Наше зрение намного лучше вашего. Наше… обоняние, — сказал он, опустив глаза и пройдясь по моему телу.
В центре моей груди вспыхнуло тепло. То, как он смотрел на меня… в этом не было ничего дружелюбного. Мы с Кингфишером не были друзьями. В лучшем случае, мы были вынужденными союзниками, которые до чертиков раздражали друг друга. Так почему же сейчас он смотрел на меня так, словно я была тем, кого он хотел бы трахнуть?
Его глаза снова встретились с моими.
— Наши органы чувств превосходят ваши. Осязание. Наш слух очень острый. Мы можем услышать самый незначительный звук на большом расстоянии. — Ртуть в его правом глазу вспыхнула, когда он выдохнул, и его дыхание обдало мою щеку. — Мы можем слышать биение сердец друг друга.
Ни с того ни с сего он схватил меня за запястье.
Я напряглась, дернулась, но он не причинил мне боли. Он взял кулон, поднял его, зажал металл в зубах, чтобы он не мешал, и поднес мою руку к центру своей груди.
— Чувствуешь? — спросил он, прижимаясь нижней губой к кулону, все еще зажав его между зубами. Кончики его клыков впивались в выпуклость нижней губы. Я не могла оторвать от них взгляд.
Кингфишер постукивал по тыльной стороне моей ладони в такт биению своего сердца.