Все хорошо. Все будет хорошо, не волнуйся.
Холодный пот выступил у меня на лбу, когда я полностью осмотрела портал. Он был не просто большим, он был огромным — сорок футов в ширину и пятнадцать футов в поперечнике. По сравнению с этой ярко сияющей серебром гладью, портал Мадры казался просто лужицей. Его отражающая поверхность была похожа на зеркало. Но единственным предназначением зеркала было отражать правду. Оно не делало различий между хорошим и плохим. У зеркала не было желания успокоить вас или обмануть. Оно было стеклом и ничем больше. Этот портал из сверкающей ртути бодрствовал и был полон лжи.
Мои ноги сами двинулись к нему, неся меня вперед. Я успела пройти половину пути по гладкому каменному полу пещеры, прежде чем осознала, что происходит.
— Боги… — Я видела свое дыхание здесь, внизу. Огромные колонны, поддерживающие потолок из черного камня на высоте шестидесяти футов, были покрыты льдом. Но холод, пробирающий меня до костей, был не от мороза. Это было нечто большее — острое, давящее присутствие, которое испытывало меня, пытаясь проникнуть внутрь.
Я попятилась, восстанавливая контроль над ногами. Если я собиралась подойти к огромному серебристому пространству, то собиралась сделать это на своих условиях, черт возьми. Лисенок в сумке скулил, закатывая глаза и тревожно дыша. Проклятое животное не переставало вырываться. К тому времени как я добралась до портала, он уже бился, отчаянно пытаясь освободиться.
— Все в порядке! Все хорошо! Боги! — Я опустила сумку на широкий каменный выступ, образующий край портала, и развязала веревку, удерживающую его внутри. Как только я освободила его, лисенок выпрыгнул наружу и бросился бежать, скрывшись в тени. — Ну, пока, — крикнула я ему вслед.
По крайней мере, здесь у него был неплохой шанс выбраться из дворца, не наткнувшись на клинок Кингфишера. Ночное зрение у него было лучше, чем у меня, а свежий воздух он чуял за милю. Он в мгновение ока окажется в снегу, там, где ему и положено быть. Он не был создан для Зилварена. Жары. Песка. Я не задумывалась о том, как буду кормить его или находить для него воду. Ивелия была его домом. Ему лучше остаться здесь. Но грудь все равно затапливала грусть, пока я смотрела ему вслед.
Голоса звучали настойчиво. Притяжение ртути усилилось, как будто чьи-то руки толкали меня, тянули, побуждая шагнуть в портал. И я хотела этого. Я готова была дать ей то, чего она желала. Но сначала мне нужно было кое-что сделать…
Вчера, когда Кингфишер заставил меня активировать ртуть, он сказал, что это испытание. И я его прошла. Я понятия не имела, он устроил мне эту проверку или сама ртуть, но, когда она изменила состояние, боли не было. Это ощущалось как… поворот ключа в моем сознании. Щелчок открываемого замка.