Автор
В столице разгорается война между наркоторговцами за контроль над рынком сбыта. Криминальная система рушится, авторитеты гибнут один за другим. Полковнику МУРа Льву Гурову поручено расследование серии громких убийств. Сыщику предстоит выйти на главаря теневого концерна и остановить кровавую...
– Конечно, я. Штейн до таких поблажек никогда не нисходит, – ответил Заборин. – Я позвонил ему в обед, предложил встретиться. Он сперва отказал, но потом, под натиском моего красноречия, снизошел до согласия. Мы должны были встретиться в четыре. В итоге я просидел в ресторане, столик в котором зарезервировал, с четырех до десяти.
– Штейн был настолько занят?
– Черта лысого он был занят, – усмехнулся Заборин. – Специально задерживался. Дразнил меня. Это его излюбленная манера. Согласится на встречу, а потом каждый час переносит, ссылаясь на неотложные дела. И этот раз не был исключением.
– Но в итоге он все же пришел?
– Пришел. Битый час развлекал меня разговорами о погоде, пока поглощал восемь перемен блюд, оплачивать которые предстояло мне. Потом, без какого-то ни было перехода, заявил, что его секретарь в настоящий момент готовит документы, дающие ему право продать проект любому застройщику, а наш с ним контракт считать недействительным. После чего встал и ушел. Я даже сказать ничего не успел. Вот ведь скотина!
– Господин Заборин, не забывайте, вы беседуете под протокол! – в ужасе вскричал адвокат.
– Да знаю я, – отмахнулся Заборин. – И о том, что алиби мое шаткое, тоже знаю. Только я его не убивал.
– Почему вы не обратились к другому архитектору? – спросил Гуров, игнорируя возглас адвоката.
– Потому что Штейн – лучший. Деньги на строительство комплекса спонсоры давали мне только под его проект. Но и они не готовы были беспредельно раздувать бюджет, хотя знали, что все его проекты в прошлом окупались сторицей.
– Так, может, Штейн был прав, требуя полного согласия?"
"– Может, и так, только он не финансист. Его финансовая сторона вопроса волновала постольку-поскольку. Он был уверен, что продаст проект по той цене, что запросил с меня, – пояснил Заборин. – А мне оставалось лишь локти кусать. На данный момент я был бы уже банкротом. И не просто банкротом, а должником с миллионным долгом. Хотите честно? Я даже рад, что кто-то его пришил. Документы на расторжение контракта он подписать не успел, значит, его проект принадлежит мне. Я вправе нанять другого архитектора, чтобы тот довел работу Штейна до ума, сообразуясь с тратами. Моя жизнь спасена, понимаете вы это? Только по этой причине я тут торчу. Вот если бы я со смертью Штейна стал банкротом, меня бы не загребли. Но судьба распорядилась иначе. Я не банкрот, а подозреваемый в убийстве. Даже не знаю, что лучше.
Гурова подкупала откровенность Заборина.
