В ухе висит напряженное ожидание — как перед грозой или бурей. Ася тревожно смотрит по сторонам, чувствуя, что обстановка за бортом ее корабля становится пугающей и даже флегматично-снежной. Кажется, начало чего-то мощного и разрушительного.
Я понятно изложила ситуацию?
На том конце помолчали и ответили совсем иным, не дежурно-протокольным, а вполне нормальным тоном:
– Женщина, к сожалению, к вам не сможет выехать бригада, – и уже с искренним сочувствием, по-человечески сожалея, пояснили: – Особым распоряжением московская трасса закрыта для проезда, объявлен оранжевый уровень опасности, в городе целая серия тяжелейших аварий и несчастных случаев. Все машины на выезде. Сейчас к вам не сможет выехать даже МЧС. Постарайтесь довести больного до ближайшего населенного пункта и окажите ему всю возможную помощь.
– Я поняла. – Ася прикрыла глаза от нахлынувшего чувства холодной безнадеги и попросила: – Вы все же запишите вызов, пометьте его красным и передайте по смене, пожалуйста. Связывайтесь со мной по определившемуся номеру телефона. Меня зовут Ася Константиновна Волховская.
– Да, да! – торопливо пообещала девушка. – Я все передам и запишу.
– Запиши, запиши, – задумчиво пробурчала Ася, нажав отбой.
Надо отвезти его в Красногорское, там есть аптека, если она, конечно, работает в такую погоду. А в аптеке Ася уже сможет оказать мужику первую помощь, да и аптекарши-фармацевты помогут.
Тогда что делаем для осуществления плана? Что-что-что? Надо переставить свою машину, чтобы не мешала выехать из сугроба и развернуться, и как-то перетащить мужика на пассажирское место.
Ася торопливо ухватилась за ручку дверцы, немного засуетившись от ясного осознания крайней критичности ситуации. Человек умирает!
– Спокойно, спокойно, – одернула она себя, осознав, что мелет от напряжения всякую ерунду, и распахнула дверцу.
На нее сразу же набросился снежный вихрь, ударил в лицо, словно наждаком прошелся по коже, проник внутрь машины, мгновенно наметая снежные кучки по углам.
«А как уведут мою красавицу?» – затревожилась было она, притираясь боком к обочине, и усмехнулась. – «Ага! Кто? И как? Лихие люди с берданкой и отмычкой?»
– Ладно, – погладила она примирительно машинку по торпеде, – прости, дорогая, но придется тебе здесь постоять.
Развернувшись корпусом, ухватила за ручки свою сумку на заднем сиденье и перетащила к себе.
