Ася спешит в Москву к больному мужу, но буран заставляет её остановиться в маленьком поселке. На дороге она находит джип с умирающим мужчиной и спасает его жизнь. Между ними вспыхивает чувство, которое грозит разрушить хрупкое равновесие её семейной жизни и поставить перед ней невозможный...
Раздел Chitat.online для книги «Руки моей не отпускай» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Ася спешит в Москву к больному мужу, но буран заставляет её остановиться в маленьком поселке. На дороге она находит джип с умирающим мужчиной и спасает его жизнь. Между ними вспыхивает чувство, которое грозит разрушить хрупкое равновесие её семейной жизни и поставить перед ней невозможный...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Ася спешит в Москву к больному мужу, но буран заставляет её остановиться в маленьком поселке. На дороге она находит джип с умирающим мужчиной и спасает его жизнь. Между ними вспыхивает чувство, которое грозит разрушить хрупкое равновесие её семейной жизни и поставить перед ней невозможный...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Василий, углубив, расширив и дополнив новыми знаниями свой опыт выживания в диких условиях, пообжившийся таежной жизнью, приладившийся к ней, заматеревший мужик-лесовик, бородой заросший, обалдел, когда из прилетевшего вертолета вышли родители и Савелий.
Радости-то было, не передать! Савка все посмеивался над бородой отцовской, то и дело трогал и дергал за нее, но так радовался, так радовался встрече, что все не отходил от отца и обнимался, прижимался и смотрел на папку, позабыв про пацанскую отстраненность и про то, что все эти нежности ему не по понятиям. А Василий настолько расчувствовался такому открытому проявлению сыновней любви и радости от встречи, что даже слезу не удержал.
Так от себя сына и не отпускал все три недели, что он с ним пробыл. Брал везде с собой, рассказывал про свою жизнь, про непростые заботы лесного выживания, про геологоразведку, водил по самым дивным местам, сидели там вдвоем, а то и втроем, прихватив в свою мужскую компанию деда, молчали, созерцали красоту."
"Родители времени даром тоже не теряли, насобирали и подготовили различных растений на вывоз для своего питомника, отец с удовольствием сходил с сыном и внуком на несколько дней на разведку, потюкал молоточком, поработал лопатой, поразбирался с образцами, вспомнив былые времена.
А когда они сели в вертолет и Ярославцев, провожая родных, махал им вслед, то вдруг со всей ясностью понял, что закончилось его отшельничество и время таежное.
Просветления великого, понятное дело, не достиг, третий глаз на пупке у него не прорезался, и открытий великих в себе не ощутил. Но самое главное и важное все же с ним произошло – почувствовал, изменилось что-то в нем, научился принимать то, что дано судьбой, с благодарностью и ясностью, его сознание очистилось от ненужного и лишнего и успокоилась душа.
Он изменился. Чувствовал это, понимал, как и то, что начинался какой-то новый этап в его жизни.
Через месяц, закончив сезон, Василий вернулся домой.
Никаких таких явных перемен не произошло, да и быть не могло – жизнь катилась своим положенным чередом. Завод работал, молодой управляющий прижился на своем месте, коллектив его принял, и парню нравилось дело, которым он занимался.
Василий взялся за расширение сфер деятельности: пристроил на заводской территории еще один цех, поставил печи и наладил производство огнеупорных кирпичей для каминов и печей по новым интересным технологиям. Попробовали делать стеклянные строительные блоки, вернувшиеся в дизайнерскую моду из семидесятых годов. И получилось, и пошло.
Сын заявил всем, что хочет жить с отцом. С отчимом, новым мужем Виталии, у него с самого начала были не особо дружеские отношения – терпели друг друга, да и только.
