Арина шокирована словами Рохеиса. Он предлагает брак как способ решения ее проблем. Вместо свободы она будет жить в роскошном доме под крылом богатой матушки, где ее заботят даже детали жизни — от лечения до одежды. Страсть и ужас теснятся вместе в ее душе, когда Рохеис описывает сказочные возможности этого предложенного выбора....
- Мои маги так и не поняли, что такое вы сотворили с несчастным слугой, - заметил Кирим.
- Прокляла, - ответила спокойно.
Вот здесь эмоции у мужчины полыхнули странной помесью: страха, интереса и жадности.
- Это заразно? Он приносит неудачу? Может, его лучше убить?
- Это незаразно, - я поморщилось. - Он сможет жить спокойно, если будет соблюдать положенные условия: не рассказывать ничего обо мне и не пытаться приблизиться.
Думаю, ему нужно уехать в Халифат и забыть обо мне.
- Вы очень милосердны к предателям, - усмехнулся Кирим, - как все женщины.
- Идущая ртом кровь - это милосердно? Забавно, - усмехнулась я.
- Значит, мне придется выгнать его из дома, когда мы поженимся. Или вы сможете снять с него это проклятье?
- Мы этого никогда не узнаем, потому что не поженимся, - этот разговор начал меня утомлять.
- Знаете, когда отец велел мне ехать сюда, я не мог ослушаться его повеления, но был преисполнен сомнений. Мне не хотелось жениться на строптивой женщине, которая оскорбила отца, да к тому же больной.
Я нахмурилась. Этого еще не хватало.
- Это тайное знание моей родины.
- И все же все тайное когда-нибудь может стать явным...
Как случилось с теми же узами между орками, и они превратились в ошейники? Нет уж.
- Каждый, владеющий силой наложения клятв, связан такой же клятвой.
В эмоциях Кирима появилась досада.
- Но вы можете сами накладывать такие... проклятья.
- Только на предателя, предавшего меня лично. Луна и Океан взвешивают его душу и душу проклинающего и, если я права, предатель получит расплату. Если же нет... - я вздохнула многозначительно."
"- Вы рисковали жизнью? Но зачем, если можно было его просто убить?
Я пожала плечами, кажется, лишний раз подтвердив его тезис о том, что женщины слишком милосердны.
- Знаете, вы очень интересная женщина. Мне еще сильнее хочется сделать вас своей.
- И вас не смущает моя инвалидность?
- У меня прекрасные лекари.
- Это неизлечимо, - качнула я головой.
Он усмехнулся неверяще. Ну, ладно.
- Что ж, в любом случае я уже вам отказала. Своего решения я не изменю.
Он смотрел на меня, как на золотую цацку, которую хочет купить, будто приценивался, и усмехался довольно, зная, что она ему по карману.
