Арина шокирована словами Рохеиса. Он предлагает брак как способ решения ее проблем. Вместо свободы она будет жить в роскошном доме под крылом богатой матушки, где ее заботят даже детали жизни — от лечения до одежды. Страсть и ужас теснятся вместе в ее душе, когда Рохеис описывает сказочные возможности этого предложенного выбора....
Он стоял посреди гостиной, а вокруг него на полу разлилась лужа. Свой мокрый плащ он держал перекинутым через руку - полуорки даже не подумали его забрать, впрочем, мужчина был мокрым весь с ног до головы, холодные капли падали с русых волос ему за шиворот, вся верхняя часть камзола была темной от влаги.
- Простите за вторжение, Арина, - проговорил он извиняющимся тоном, оглядываясь по сторонам, словно пытаясь сообразить, куда деть мокрый плащ или куда исчезнуть самому.
- Я уже понял, что это была плохая идея - заявиться к вам так, я сейчас же отправлюсь в гостиницу.
- Стойте-стойте! Не двигайтесь, - я подъехала ближе и принялась собирать с него воду: водяное кольцо закружилось вокруг его головы, собирая в себя влагу с волос, а потом начало опускаться все ниже, становясь все больше и ощутимее, пока, наконец, уже и от лужи под его ногами не осталось и следа. Воду я вылила за окно. - А теперь бросьте куда-нибудь свой плащ и присядьте на диван. Простите за мое негостеприимство, но у меня сегодня у всех слуг выходной.
- У всех? - растерялся Рохеис, присаживаясь на самый краешек дивана.
- Кроме парочки охранников, - махнула я беспечно рукой.
- Ваш чай, госпожа, - в комнату без стука и без поклона вошел Пэрас и бухнул чайник на стол так, что он чуть не разбился. И остался стоять рядом, буравя Рохеиса недовольным взглядом.
- А чашки? - спросила я после паузы.
- А... сейчас, - охранник развернулся и ушел.
- И пошли Бэраса в соседнюю булочную, пусть прикупит каких-нибудь пирожков! -крикнула я ему вслед, поняв, что без Кармелты на ее кухне мужчины не разберутся, где взять хоть чего-нибудь покушать.
Вообще-то обед был недавно, Кармелта ушла из дома, только накормив всех до отвала, так что я-то была не голодна, но, видя Рохеиса, подозревала, что он еще не обедал, а может и не завтракал.
- Так что же с вами случилось? - начала я расспрашивать, когда, наконец, Пэрас вернулся с чашками, и я смогла разлить по ним очень горький и очень концентрированный отвар вроде чифиря. Пить его было невозможно, но Оларг не жаловался, прихлебывал мелкими глотками и грел руки о чашку.
- На улице дождь, - заметил Оларг.
- А вчера был снег, - поддержала я разговор, - но это же не значит, что нормально ходить по улице совершенно мокрым, - мне хотелось сказать «без зонта», но этого предмета тут не использовали. - Вы же простудитесь!
- Я только с корабля, - вздохнул Рохеис несчастно.
- Вы ходили в море по такой погоде?!
- Нет, по реке. Я приехал из Ипериала.
