Это взросление, так говорят старейшие из тех, с кем я советовалась, кто так же вышел из воды на нашем побережье.»
«Как же больно! Мы отвыкли от смерти, нам казалось, что впереди мир, что впереди надежда...»
«Один из мальчиков не пережил инициации... так все говорят «не пережил». Зачем себя обманывать? Мы убили его. У нас нет Храма, чтобы ему помочь пройти через процесс. Я хотела отвести его под воду, теша себя надеждой, что ему поможет полуразрушенный Храм, но он полукровка, он не способен к обороту. Чем дальше, тем сильнее были его приступы ярости, пока он не стал опасен для окружающих... повезло, что малышку, на которую он напал, удалось спасти. Но сдержать его и не навредить мы не с умели. Он не прошел инициацию, он не выдержал. И его пришлось убить.
Взрослые люди не должны убивать детей!»
«Инициация без Храма болезненна и мучительна. Мне кажется, что мы вернулись во времена дикого прошлого. Разрушенный Храм ни на что не годен, он только вредит, а восстановить его у нас нет никаких сил. И приходится только терпеть и мучиться, ожидая, когда следующие дети повзрослеют, чтобы узнать, кто из них достаточно силен, чтобы у него проявились признаки инициации. Приходится гадать, сможет ли ребенок ее перенести, не придется ли его уничтожить или не убьет ли он кого-то из нас.
Остальные дети, более слабые, растут на удивление спокойно. Я даже хочу, чтобы и мои сыновья были обычными, но предчувствую, что все будет не так.
Это расплата нам за грехи перед Стихиями, за то, что мы сочли себя равными Им и решили нарушить их Равновесие.»
Дальше шло только несколько разрозненных слов, смысл которых невозможно было понять без контекста: «полнолуние», «судьба», «новый мир», «иные»...
Я отложила тетрадь и закрыла лицо руками.
— Это значит, что после войны с Халифатом русалки не были уничтожены, — проговорил Ярис задумчиво. — Кажется, вместо этого они вышли на сушу и смешали свою кровь с людской. Возможно, именно поэтому в Империи так распространены способности к магии Воды, в то время как в Халифате ее встретишь не так часто.
— Возможно, — кивнула я задумчиво.
— Очень жаль, что верхняя часть свитка пострадала, уверен, там было рассказано как раз о войне.
Честно говоря, древние конфликты волновали меня сейчас в последнюю очередь, поэтому я лишь пожала плечами.
— А что это за «инициация», о которой рассказывалось в дневнике? Вы поняли, зачем они убивали сильных детей?
— Думаю, речь об «освященных Стихией», — я отняла руки от лица и выпрямилась.
— «Освященные»? — удивился Ярис.
— Да, как в старых сказках. Сильные маги могут пройти испытание Стихией и получить ее истинное благословение.
— Либо же они станут опасными для окружающих, будут затевать войны, убивать... — задумчиво закончил мою мысль Ярис.