Сборник мистических рассказов русских классиков, воплотивших дух европейской готики в национальный контекст. Произведения повествуют о призраках, безумии и сверхъестественных явлениях, отражая тревогу русского общества начала XIX века перед грядущими переменами. Атмосфера таинственности и...
Раздел Chitat.online для книги «Русская готика» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Сборник мистических рассказов русских классиков, воплотивших дух европейской готики в национальный контекст. Произведения повествуют о призраках, безумии и сверхъестественных явлениях, отражая тревогу русского общества начала XIX века перед грядущими переменами. Атмосфера таинственности и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Сборник мистических рассказов русских классиков, воплотивших дух европейской готики в национальный контекст. Произведения повествуют о призраках, безумии и сверхъестественных явлениях, отражая тревогу русского общества начала XIX века перед грядущими переменами. Атмосфера таинственности и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Вот новость! Пришел и запер дверь замком, как в своем доме!
– Я всегда замыкаю дверь, коли мне случится быть наедине с такою красавицею, как ты, голубушка!
И опять потрепал он ее по лицу своею жесткою и неопрятною рукою. Она отскочила в угол с негодованием.
– Но кто вы таковы?.. Это очень нехорошо, так, без всякого знакомства, шалить и беспокоить девушек…
– К знакомцам я не хожу в гости, – отвечал он холодно, переменяя выражение лица. И эти слова произнес он таким грубым, таким хриплым, пещерным голосом, что насквозь пронзил им бедную девушку.
Дуня во всех передних и в уездных канцеляриях слыла очень храброю: не так легко можно было укротить ее! Не одному дерзкому канцеляристу так оцарапала она лицо ногтями, что он будет помнить ее и дослужившись до столоначальнического сана. Дуня поистине делала честь петербургской добродетели. Но робкий провинциальный канцелярист с пальцами, упитанными чернильного влагою, – безделица для девушки, получившей воспитание в одном из лучших модных магазинов Невского проспекта; совсем иное дело небритый бродяга, плечистый и гадкий, в байковой шинели, с рыжими усами и фиолетовым носом. Его бы всякая испугалась. Дуня начала плакать.
– Не плачь, родная! Я не сделаю тебе никакого вреда, – сказал он, смягчая голос и примкнув к ней поближе.
Она испугалась смягченного голоса еще более и выпрямила руки вперед, чтоб не допустить его к себе."
"– Спрашиваю, кто вы таковы? – вскричала она, наконец, в отчаянии, но с притворною в лице смелостью, огонь которой постепенно погасал под катящимися слезами. – Прошу тотчас сказать, кто вы?
– Кто я?
– Да, кто вы?.. Ваш чин, имя и фамилия?
– Я вор.
– Вор!! – повторила она со страхом и побледнела как снег.
– Моя фамилия вор, а мой чин разбойник, – примолвил он и улыбнулся, нежно глядя ей в глаза; но улыбка среди его лица походила на отблеск плесени, плавающей по луже грязи, освещаемой луною. Это слог хороших повестей о разбойниках, и вы видите, что дело идет не на шутку: после этой фразы должно ожидать всех ужасов. Дуня ощутила от нее (от улыбки, а не от фразы, а может, и от фразы) холодную дрожь во всех членах. Видя, однако ж, что он только издевается над ее страхом, она немножко ободрилась и быстро возразила дрожащим еще голосом:
– Разбойник?.. Фуй, какой гадкой чин!
– У всякого свое звание!.. Прежде у меня было другое, но теперь нахожу… Дай мне, красавица, чего-нибудь поесть. Я уже третий день ничего ртом не отведал. Позавтракаем вместе, а потом…
Он внезапно закинул свою руку за ее шею и хотел поцеловать в самый ротик.